В отсутствие начальства

Население с полицией находится во враждебных отношениях, так повелось по всей Руси. Агентура? Та тоже не все сообщает. Боятся люди.

– Давайте ближе к делу, Владимир Иванович. Значит, притоны могут быть где угодно. Но есть же места, где их больше всего.

– Есть такие. – Грундуль подошел к карте города, висевшей на стене: – Вот самое беспокойное место. Рачевка, главная наша болячка.

Он показал слободу на левом берегу Днепра выше кремля по течению.

– Она начинается прямо под крепостными стенами и занимает немалое пространство. Делится Рачевка на две половины – Духовскую и Окопную. Границей служит ручей с тем же названием. Народ в слободе живет драчливый, буйный. Ходят биться на кулачки с Донщиной и Ямщиной, это местности на другом берегу. Промышленности никакой нет, кроме спичечного завода Чернова. Имеется, правда, еще спиртоочистительный завод, вот он. Но рачевских жителей туда не берут, потому как они имеют обыкновение опиваться до смерти. Слобода тянется вверх по реке почти до Шеина Окопа. Это деревня такая пригородная, где в тысяча шестьсот тридцать четвертом году стояла лагерем армия воеводы Шеина, осаждавшая польский гарнизон Смоленска. Остались следы тех укреплений, отсюда и название. Здесь еще Шейновский мост Риго-Орловской железной дороги, которая переходит по нему на правый берег.

Далее я бы назвал другую слободу, напротив Рачевки, за Крупошевским ручьем. Называется она Садки. Есть Верхние Садки и Нижние. Дальше на восток – староеврейское кладбище, и много евреев проживает в тех Садках. Соответственно, там процветают мошенничество, укрывательство конокрадов, распространение фальшивой монеты и почтовых марок, фабрикация паспортов, скупка краденого, тайная проституция, незаконная торговля вином – весь, как говорится, букет.

Грундуль ткнул в карту левее:

– Вот еще один темный угол – Заднепровье. Оно у нас все лиховатое. На высоком берегу еще почище: присутственные места, парки, гимназии и лучшие магазины. А там, почитай, вся промышленность. Особенно вокруг вокзалов. Паровые мельницы Малеванова и товарищества Розенблюм и Элькинд. Маслобойный завод Девкина. Чугунолитейный Гофмана, катушечная фабрика Гергарди, три пивоваренных завода акционерного общества Ефременкова и Мачульского. Кафельный завод Будникова. Еще шесть кожевенных заводов, десять кирпичных и девять экипажных. А к северу – военный госпиталь, земская больница, два кладбища. Далее, почитай, уже за городом – летние лагеря для войск, интендантские склады, Уволочная дача и казармы Копорского полка. Все вместе плохо просматривается полицией. Особенно вот эти три рынка, включая Толкучий, на котором чуть не в открытую продается краденое.