В очереди за счастьем (СИ)

Она прочла, но ничего не ответила. К вечеру меня практически перестали донимать звонками, и когда за окном стало смеркаться, я нетерпеливо заметался по номеру. Мы не обговаривали время. Мы вообще почти ничего не обговорили. Тем не менее я заказал ужин. На свой вкус. И вино.

Ожидание затягивается, натягивая мои нервы в струны. Того и гляди порвутся. И я снова поеду к ней домой. Однако ничего катастрофического натворить не успеваю.

Осторожный стук в дверь номера поднимает внутри меня волну ликования — пришла! Почему-то внутри меня с каждой секундой крепнет уверенность, что это Наташа. Хотя может быть кто угодно.

Я стремительно направляюсь к двери, распахиваю ее резко. Это она. И она одна. Чем привожу женщину в замешательство. Наташа замирает перепуганной ланью.

Сбежит сейчас…Мне так кажется. Только она думает, я ей позволю?!

— Я не хотела приходить, — срывается с ее губ признание.

— Но пришла, — парирую, протягиваю руку и затягиваю ее в номер. Словно в омут.

Только кто в нем утонет? Она? Я? Мы оба?

Держу ее за запястье. И сам себе поражаюсь — мне хочется ее трогать. Желательно, вообще не выпускать из рук. Необычное желание, я готов себе в этом признаться. В моем возрасте, когда нет уже особого восхищения ничем и никем, то, что я чувствую к ней — это как удар обухом по голове.

Что чувствует она?

Отмечаю, что не сопротивляется, заходит в номер. Оглядывается на дверь, которую я за ней запираю, но своей руки у меня не отнимает.

Глубоко вдыхает, прежде чем посмотреть на меня, поворачивает лицо ко мне, а потом поднимает руку и осторожно ведет кончиками пальцев по моей скуле. Ловлю ее ладонь губами.

И всё — это как нажать на спусковой крючок. Дальше выстрел.

Мы не разговариваем больше. Нам это не нужно. Сейчас единственная потребность — это прикасаться друг к другу руками, губами, кожей. На Наташе платье. Наверное, красивое. Наверное, она наряжалась, собираясь ко мне. Но честно, я не замечаю того, что на ней надето. Так быстро снимаю с нее всё. Мне хочется видеть ее обнаженной. Без спешки. Без экстремальных условий.

Она тоже раздевает меня. Футболка, спортивные штаны, боксеры. Всё это теперь лишнее.

Уложив женщину на кровать, я жадно ее разглядываю. Кожа теплого будто персик цвета, такая же нежная на ощупь, вишенки напрягшихся сосков, округлость груди, изящные руки и шея, рассыпавшиеся волной по подушке мягкие русые волосы, длинные стройные ноги.

Из освещения в номере горит ночник. Но он позволяет всё хорошо рассмотреть.

— Раздвинь, — прошу хрипло и кладу руку ей на колено, чуть надавливая на ее ногу, чтобы она дала на себя налюбоваться.

Хочу видеть ее и там. Наташа подчиняется, разводит ноги, показывая себя всю, отбросив всё ненужное. Дышит часто, глаза словно у пьяной. Хотя, готов спорить — у меня они такие же.