В обратную сторону

Мои щеки мгновенно краснеют, я опускаю взгляд в пол, чувствую, как под веками скапливаются жгучие слезы.

— Если я не облачена в черное, это не значит, что я не переживаю нашу утрату, — едва сдерживая свои эмоции, шепчу я. — Ты… совершенно невыносима…, — признаюсь, поднимая голову, бросая на нее испепеляющий взор. Расправив плечи, стойко выдерживаю ответный взгляд матери, вошедшей в образ кровожадной Круэллы или Малифисенты.

— Я же любя, доченька, — вдруг приобнимает она меня, нежно целуя в висок. — Да, я знаю, что ты любила его. И все же, я бы предпочла, чтобы ты надела что-то более сдержанное. Завтра в газетах напишут, что мы уже во всю делим его наследство, а не оплакиваем. Я не люблю все эти обсуждения, слухи, домыслы…

— Мне плевать, что напишут в газетах! Это не изменит правды. Я скучаю по папе, — твердо произношу, сглатывая так и непролитые слезы.

Не знаю, до каких масштабов бы разросся наш с мамой конфликт, если бы не вмешалась Мила и не разредила бы обстановку.

— Эля, ты потрясающе выглядишь! — подруга подлетает ко мне, импульсивно целуя в обе щеки на итальянский манер. — Ты уже видела этого нового инвестора? — едва сдерживая визг, щебечет блондинка. — Боже, он такой горячий, — шепчет она, покусывая губы и облизывая их. — Тот момент, когда я рада, что в разводе, — она с гордостью показывает безымянный палец, на котором уже полгода нет кольца. — Еще могу урвать себе такой лакомый кусочек, как он.

Мила — моя подруга детства и по совместительству HR специалист в нашей компании. Легкая, звонкая, тонкая… это все про нее. Иногда я завидую тому, с какой женственностью и манкостью Милана порхает по этому миру. Из-за заливистого смеха она многим кажется легкомысленной и недалекой, но это не так. Глупых подруг в моем окружении нет, хоть и с Милой мы переживали совершенно разные периоды дружбы, включающие в себя взлеты и падения.

— Смотри, не подавись слюнками, — хихикаю я, замечая ее горящие лесной зеленью глаза. — Ты слишком голодна в последнее время, — игриво роняю я, прекрасно зная, что Милана после развода ударилась во все тяжкие. В выходные в «Заварку» ходит, обедает в «Сахалине» и все деньги там спускает, чтобы миллионера подцепить.

— Не осуждай меня, мамочка, — хмыкнув, бросает Мила, прокружившись в своем розовом платье, больше похожим на балетную пачку. — Я наслаждаюсь долгожданной свободой, вот и все.

— И не подумала бы тебя осуждать, ты все делаешь правильно. Не успеешь глазом моргнуть, как снова замуж выскочишь, поэтому нужно пользоваться моментом. Так, где он? — вспоминаю про виновника сегодняшнего торжества, который и организовал для нас всех это помпезное мероприятие.

Я, кстати, настолько увлеклась руганью с мамой, что не заметила, насколько тут красиво.