В объятиях врага

– Тебе будет очень сложно понять, Вилена, ты еще слишком молода и наивна. Да и совсем не знаешь жизни. А я постоянно был под таким грузом ответственности… Но я ведь тоже живой человек, у меня есть свои слабости, мне надо было хоть как-то отвлекаться, чтобы не сойти с ума от возложенной на меня миссии. Ну а вы с Браном… – Он тяжело вздохнул.

– Тоже просто часть великой миссии? – невесело усмехнулась я."

"– Да, вы всегда для меня были не только детьми, – признался он, упорно не смотря мне в глаза. – Но это не значит, что я не любил вас как своих детей. Но, Вилена, пойми, не зря последним пророчеством источника моему отцу было: лишь потеряв все, обретешь победу. И ведь сейчас это почти сбылось. К сожалению, судьбу не выбирают. Ничего не поделаешь, именно на нас возложена миссия быть здесь и сейчас. Именно мы должны совершить то, что другие просто не смогут. Ты – последняя в нашем роду, Вилена. Это величайшая честь, но и величайшая ответственность.

Он ведь не знал, что я уже не последняя. И почему-то говорить об этом мне совсем не хотелось. Пусть умом я могла понять доводы отца, признать, что ему всю жизнь и так приходилось очень непросто. Но понимание не порождало прощения. Словно бы в моей душе все еще властвовала маленькая я, одинокая и испуганная, фактически оставшаяся совсем одна после смерти мамы и так отчаянно нуждавшаяся в папе… И никак не получалось пересилить это. Может, пройдут годы и я все же отца прощу, кто знает. Если, конечно, все мы вообще переживем эту ночь…

Госпожа Мирланда отказалась покинуть замок безопасным подземным путем, осталась с нами.

– Мне особо и терять нечего, – пожала она плечами на слова Дальда о возможной гибели. – Неприятно, конечно, такое говорить, но меня ничего не держит в этом мире. Но сейчас здесь те люди, которые мне дороги. Наверное, единственные, кто вообще хоть как-то близок. И я хочу быть с вами в этот час.

И пусть она ничем не могла помочь по части магии и гениальных планов, но она взяла на себя то, до чего никому не было сейчас дела. Банально готовила еду, чай, старалась поддерживать пусть не хорошее, но все же бодрое настроение. Я, конечно, большую часть времени проспала как убитая, но мне господин Дальд об этом рассказал. И с таким искренним теплом…

А судьбоносный час все близился. Уже с первыми раскатами грома мой отец мрачно констатировал, что багровый туман близко. Но никто не паниковал. И будто бы даже никто не боялся. Причем самым спокойным выглядел Тиар. Вдруг мне признался ни с того ни с сего:

– Знаешь, а ведь я, как и ты, не считаю себя достойным престола.

– С чего ты взял, что я так считаю? – не поняла я.

– Ну ты же сама говорила про мои слишком нелогичные поступки, – улыбнулся он.