В объятиях тьмы

Дело в том, что не доверяла она этой Эбби! Только не сейчас, когда она предлагала редкий дар дружбы. Опыт научил ее, что за такие подарки судьбы приходится платить. И, как правило, слишком высокую для нее цену.

Чувствуя на себе тяжелый взгляд Вайпера, она наконец тяжело вздохнула:

— Меня еще никогда не приглашали пройтись по магазинам.

— Ясно.

Шей почувствовала движение его руки за спиной и окаменела. Сейчас он обнимет ее… ни за что! Она не нуждается в его сочувствии. Не сейчас, когда она так уязвима, что вот-вот сломается и расплачется.

Вот будет стыдно.

Но он не попытался ее коснуться. Вместо этого схватил щетку для волос, которую она бросила на ночном столике возле постели. Она слегка расслабилась, и тогда он повернулся к ней лицом и стал проводить щеткой по спутанным волосам, ниспадавшим до самой талии.

— Ты говорила, мать воспитывала тебя как человека?

Внутренний голос предупреждал: «Отодвинься прочь!»

Но движения щетки, его мягкие, ласкающие прикосновения приносили ощущение близости и несказанного блаженства.

К сожалению, ее тело больше не повиновалось разуму.

— Это было так давно, — прошептала она.

— Тебя принимали за человека?

Шей болезненно скривилась. Многие демоны вполне сходили за людей, а значит, могли жить в мире людей, не привлекая к себе внимания. Многие из них не имели и капли человеческой крови в жилах.

Святые угодники свидетели — она старалась как могла. Она делала все, чтобы угодить матери. Все, что угодно, чтобы стать своей.

— Нет.

Щетка не останавливалась ни на минуту.

— Но ты выглядишь совсем как человек.

Шей опустила ресницы. Она никогда не говорила о своем прошлом. Ни с кем. Но сейчас, в окружении мирной тишины, наслаждаясь нежными движениями щетки по волосам, она не смогла остановить поток слов, хлынувший вдруг из ее уст.

— Но я не становилась старше! Маме пришлось переезжать с места на место, чтобы никто не заметил, что я не становлюсь старше, как должна бы.

Воспоминание о матери, чувство невосполнимой потери в который раз грозили разорвать ей сердце.

— Беда, конечно, но с ней можно справиться.

— Может, и так, но были еще моя сила и быстрота. Они выдавали меня с головой.

Он взял следующую прядь волос, коснулся ее щеткой.

— Другие дети тебя боялись?

— Да.

— Дети могут быть очень жестокими.

Шей стиснула лежащие на коленях руки.

— Не столь жестокими, как их родители. Год за годом нам поджигали дома, бросали в нас камни. Священники пытались изгнать из меня беса. В одну прекрасную ночь меня линчевали.

— Суд Линча?

— Банда идиотов вытащила меня из постели и подвесила за шею на дубе, что рос у нас во дворе. Представь себе их удивление, когда на следующее утро я пришла по их души.