В объятиях страсти

Сухая земля задрожала под его копытами, когда, понукаемый распластавшейся на спине всадницей, конь мчался домой.

Трейгер с благоговейным ужасом наблюдал за Сире­ной, слившейся с жеребцом в бешеной скачке, пока оба не скрылись за деревьями. Слабая улыбка тронула его губы. «Загадочное создание», – подумал он, заметив, что Зо­лушка забыла свои башмачки, торопясь покинуть его. Трей­гер живо представил себе Сирену плывущей к нему, и его тут же бросило в жар. Прелестное лицо девушки снова возникло перед ним. Черты ее были безупречны, глаза оживленно сверкали, а белоснежное тело, которое вода обнимала и нежила, было божественным.

Трейгер замотал головой, чтобы избавиться от образа, распалявшего его страсть. «Достаточно! – приказал он себе. – Идет война. И в Нью-Рошель меня привело важ­ное дело. Я не могу тратить драгоценное время на каждую деревенскую девчонку, которая попадется на глаза». И какого дьявола он попросил ее прийти снова? Ведь Трейгеру предстояла серьезная встреча, которая занимала все его мысли до того, как он наткнулся на обворожительную русалку.

Трейгер шумно выдохнул, подобрал забытые Сиреной сапоги и вернулся к своему коню все еще во власти восхи­тительных воспоминаний. Он взлетел в седло, бросил по­следний взгляд на бухту и с досадой чертыхнулся, когда образ Сирены снова предстал перед ним. Что за чепуха! Чего-чего, а красавиц на свете хватает. Он не придет на встречу с этой нимфой. И, пришпорив коня, направил его на запад.

Сирена мчалась с такой скоростью, будто сам дьявол гнался по пятам. Она облегченно вздохнула, когда Кречет остановился у ограды пастбища. Соскочив на землю, де­вушка ласково потрепала его по тяжело вздымавшимся бокам и открыла ворота, пропуская коня в загон.

Пробираясь по склону холма, Сирена морщилась от боли, когда острые камни впивались в босые ступни. Про­клятие, забыть свои сапоги!

Сумеречные тени уже опустились на окружавшие дом деревья, когда она выглянула из окна. Вспомнив, что вот-вот должен появиться приглашенный на обед Брендон, онв панике велела Молли принести воды для купания и не успела погрузиться в ванну, как перед мысленным взором возникли дымчато-серые глаза. Девушка тряхнула мокры­ми волосами, но видение не исчезло, и она вся затрепетала при воспоминании о его горячих губах, прикосновениях властных, сильных рук.

Неужели Оливия испытывает такие же невероятные ощущения? Будь она проклята! Мачеха не имеет права на поцелуи Трейгера Грейсона. Оливия – замужняя женщи­на, у нее есть добрый понимающий муж, который заслу­живает большего, чем жена, шляющаяся неизвестно где с таким красавчиком. Что ж, Сирена позаботится о том, что­бы у Трейгера не осталось времени на Оливию. Он будет для этого слишком занят. Итак, месть? Сирена задума­лась.