В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Выпучил глаза и снова сделался белым.

– Ну вот, Лидия, как я и говорил, серьезные проблемы у парня. Вроде и раскрылся, даже попытался характер показать, но стоило разок на него шикнуть, как наш «эколог» снова забился под плинтус. Тяжелый случай. А он немногим старше вас.

– Док, разве ты не знал, все вокруг психи, просто некоторых еще не обследовали. Что, будем его лечить?"

"– Мы еще рассмотрим этот конкретный случай.

Друз вжал голову в плечи и уткнулся носом в панель голоокна.

А мне стало его чуточку жаль.

Да, Мамлиза была красивой. Она обладала той классической внешностью, которую принято считать стандартом. Я же, с темными, чуть вьющимися волосами до плеч, вытянутым лицом и разноцветными глазами, скорее претендовала на титул мисс Несуразица.

Обижало ли меня это?

Вот до того момента, пока Друз не раскрыл рот, даже не думала и не сравнивала себя с Мамлизой. А теперь? А теперь меня это задело.

– У нас разные матери, Друз. У нее модель, а у меня… – Признаться, я даже толком не знала, кем же была моя мать. – Моя…

– Дочь богатого семейства, гениальный инженер-проектировщик, красивая образованная женщина, – внезапно ответил за меня Маркус.

– Да, моя мать была гением!

Ан поджал губы и слегка покраснел. Видимо, ему стало стыдно. Или мне просто хотелось так думать.

Состав сбавлял скорость. За голоокном появился Марс. Диск красной планеты с трудом различался за плотным кольцом околопланетных станций и большегрузных межзвездников. Миновав Фобос, мы мягко вышли на орбиту и медленно вошли в верхние слои атмосферы.

Потерев подбородок, я зевнула и зыркнула на дока.

Маркус задумчиво покусывал нижнюю губу. Его взгляд, устремленный в никуда, немного нервировал.

Что же он проворачивает? В какую игру меня втравливает? Ему-то какая выгода от этого полета?

У меня не было нужных ответов. Люди не чертежи, их так просто не прочитаешь.

Тяжело вздохнув, перевела взгляд на Друза. Он нервно протирал подолом рубашки пластиковые линзы очков. Присмотревшись, смекнула, что они с нейронными передатчиками.

– Ан, вы слепой?

Он вздрогнул. Кажется, я оказалась права.

– Не совсем, – его голос звучал нервно, – но…

– А операция? – Маркус прищурился.

– Мне восстановили некоторый процент зрения, но без очков… Я не слепой.

– Ясно. – Теперь стало понятно, что такого странного было в его глазах, когда он смотрел на меня…

– Я не слепой, – зачем-то повторил он, передернув плечами. – Я вижу вас отчетливо. Все вижу. Но… только в очках.

Состав затрясся. Мы входили в вокзальный шлюз. Вцепившись в сиденье диванчика, я пыталась не слететь с него.

– А может, все же на Марсе сойдем и полетим на кораблях корпорации? – выдал печальным голосом Друз, вернув очки на нос.

– Нет! – рявкнула я и закрыла глаза. Тряска прекратилась.