В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

– Десять минут, чтобы подтянуть кабель, а там уже все от судьбы зависит. Я говорил, что люблю тебя?

– Да, – выдохнула я.

– А ты?

– Безумно, – честно призналась я. – Безумно люблю тебя.

– Отлично, это окрыляет. Вернусь, поцелую. – С этими словами он распахнул люк и скрылся из виду, стремительно скатившись с трапа.

Мужчины открыли огонь, они не отбивали Айзека, а, скорее, привлекали внимание «осьминогов» к нам. Те лезли к трапу с упорством своры собак.

Опомнившись, я подняла бластер. Куда стреляла, не понимала. Все, что я могла, – это отсчитывать минуты.

Но время… Казалось, оно просто остановилось.

Прошло пять минут, потом десять… но Айзек не возвращался.

Ядро медленно загудело, нагреваясь и разгоняясь. По стенам пошла изморось из-за разницы температур.

Зарядка шла… но Айзека… Его все не было…

Пятнадцать минут.

«Осьминоги» заполонили все пространство перед кораблем.

Злая на весь мир, я просто стреляла в одну точку и при этом не промахивалась.

Двадцать минут.

На трап забралось щупальце. Здоровый «осьминог» подбирался к нам все ближе. Показался огромный бутон и распахнул пасть.

– Все! Закрываем люк, – прокричал Маркус.

– Нет! – Я схватила вскочившего брата за капюшон. – Там Айзек!

– Лидия, – его взгляд, в нем было столько сожаления, – ты все понимаешь сама.

Ким всхлипнула. А я… отказывалась понимать и принимать.

– Нет! – стиснув зубы, я взглянула на брата. – Я не дам тебе закрыть!

– Ли, его уже нет…

– Молчи, – рявкнула я и схватила его за руку, не давая нажать на панель. – Семь минут. У нас еще есть семь минут!

– Лидия! – Маркус покачал головой.

– А если бы там была Ким? – процедила я сквозь зубы. – Я иду за ним. У меня иммунитет, ты сам сказал.

– Они разорвут тебя, Ли.

– Пусть. – Вытерев тыльной стороной ладони щеку, поняла, что плачу. – Я не улечу, бросив его здесь… Семь минут, Мари, пожалуйста, и вы улетаете одни.

Он лишь покачал головой.

В этот момент «осьминог» дернулся и обмяк, а на трап вскочил мой любимый мужчина.

Замерев, я разрыдалась, словно какая-то пружина разжалась внутри, выпуская боль, страх и смятение наружу.

Прихрамывая, Айзек взобрался внутрь и, приложив ладонь к сенсорному датчику, герметизировал внешний люк.

Развернувшись, он подошел ко мне и впился в губы жгучим поцелуем. Я тряслась от страха и бесконечного счастья. От облегчения…

Живой!

Обхватив его шею, ощутила что-то холодное и склизкое. Отпрянув, дернула за ворот, обмирая от ужаса.

На пол упал небольшой побелевший головастик.

– Черт, – ругнулся Айзек. – Думал – всех стряхнул.

Отойдя от меня, он скинул куртку и встряхнул. К его ногам упали еще две личинки.

– У тебя иммунитет! – выдохнула я.

– Нет, принцесса, железки в шее. – Я снова оказалась в его объятиях.