В объятиях смерти

Улыбка мистера Бланда пропала, и он нервно схватил с блокнота золотую шариковую ручку и тут же уставился на нее в недоумении — зачем он это сделал? Засунув ручку в карман своей накрахмаленной розовой рубашки, он прочистил горло:

— Я могу вам рассказать только то, что заметил.

— Пожалуйста, расскажите, — попросил Марино.

— Обе женщины путешествовали независимо друг от друга. Обычно мисс Харпер приезжала за день до Берил Медисон, и уезжали они часто в разное время или, э... порознь.

— В каком смысле «порознь»?

— Я имею в виду, что они могли уехать в один и тот же день, но совсем не обязательно в одно и то же время, и не обязательно выбирали один и тот же транспорт. Например, разные такси.

— Они обе отправлялись на железнодорожный вокзал? — спросила я.

— Мне кажется, мисс Медисон часто заказывала лимузин до аэропорта, — ответил мистер Бланд. — А мисс Харпер, по-моему, действительно имела обыкновение ездить на поезде.

— А как насчет их апартаментов? — спросила я, изучая распечатку.

— Да! — вмешался Марино. — Здесь ничего не сказано насчет их комнаты. — Он постучал по распечатке указательным пальцем. — Они останавливались в двойном или в одинарном номере? Ну, в смысле, с одной кроватью или с двумя?

Щеки мистера Бланда покраснели от намека, прозвучавшего в словах Марино, и он ответил:

— Они всегда останавливались в двойном номере с окнами на залив, и если вы действительно хотите знать эту деталь, детектив Марино, то это не для публикации — они были гостями нашего отеля.

— Эй, я что, похож на какого-то проклятого репортера?

— Вы хотите сказать, что они жили в вашем отеле бесплатно? — смущенно спросила я.

— Да, мэм.

— Вы не могли бы объяснить это? — сказал Марино.

— Это было желание Джозефа Мактигю, — ответил мистер Бланд.

— Простите? — Я подалась вперед и уставилась на него. — Подрядчика из Ричмонда? Вы этого Джозефа Мактигю имеете в виду?

— Покойный мистер Мактигю был одним из застройщиков портовой части города. Он совладелец нашего отеля, — ответил мистер Бланд, — и пожелал, чтобы мы выполняли любое желание мисс Харпер, касающееся проживания здесь. Его волю мы продолжали исполнять и после его смерти.

Через несколько минут я вручила швейцару долларовую купюру, и мы с Марино погрузились в такси.

— Ты не могла бы, рассказать мне, черт побери, кто такой этот Джозеф Мактигю? — спросил Марино, когда мы влились в транспортный поток. — У меня такое чувство, что ты знаешь.

— Я была у его жены в Ричмонде. В «Уютных садах». Я рассказывала тебе об этом.

— Вот дерьмо! — присвистнул Марино.

— Да, меня это тоже поразило, — согласилась я.

— Ты не хочешь сказать мне, что это за чертовщина?

Сказать мне было нечего, но кое-какие подозрения уже начали появляться.