В объятиях лунного света

Их взгляды встретились. Маркиз никак не ожидал увидеть мисс Трим в собственной спальне. Судя по всему, он не верил своим глазам и на минуту лишился дара речи.

– Какого черта вы здесь делаете? – сведя густые черные брови на переносице, наконец пробасил он.

На нем была свободная белая рубашка и бриджи. Он выглядел устрашающе.

Нелл, которая надолго задержала дыхание, наконец выдохнула. От недостатка кислорода у нее кружилась голова. Кроме страха она испытывала отвращение к себе.

Что она могла сказать маркизу? Что могла сделать? Нелл попятилась, но сзади было только окно, она не могла убежать.

Мощная фигура маркиза блокировала дверь. Нелл требовалось срочно придумать предлог, объясняющий, почему она оказалась в спальне хозяина дома. Но в голову ничего не приходило.

У нее дрожали колени, и она не смогла сделать реверанс.

– Доброй ночи, милорд.

Лит сверлил ее яростным взглядом.

– Что вы задумали, мисс Трим?

– Н-ничего, сэр, – заикаясь, пролепетала Нелл. – Простите меня за вторжение. Я сейчас уйду.

Маркиз не сдвинулся с места, и Нелл пришлось обходить его. У нее подкашивались коленки, и она боялась рухнуть на пол. Нелл уже казалось, что она спасена, но маркиз вдруг резко метнулся к двери и захлопнул ее перед носом компаньонки.

– Не спешите, любознательная особа, покидать мою комнату.

У Нелл упало сердце. Она знала, что ей не победить, если она вступит с маркизом в рукопашную. Преимущество было на его стороне. Тяжело дыша от страха, Нелл прижалась спиной к массивной двери.

– Выпустите меня отсюда.

– Выпущу, но позже, – мягко произнес он и уперся руками в дверь, расположив ладони по обеим сторонам от головы Нелл.

Она оказалась в капкане. Спокойствие маркиза пугало Нелл больше, чем испугал бы крик. Оно свидетельствовало о том, что Лит умел владеть собой, сдерживать свой темперамент. Он был огромным и казался Нелл целой планетой, злой и опасной, грозившей ей бедой.

– Вы пугаете меня, – лепетала она, надеясь вызвать сочувствие.

То, что маркиз был способен сострадать и сочувствовать, Нелл знала. Он проявлял эти чувства по отношению к матери. Проблема была в том, что если история с Дороти была правдой, то к женщинам не своего круга маркиз никогда не испытывал жалости.

– Вы заслужили такое обращение, – мрачно сказал Лит.

От него исходил дразнящий терпкий запах сандалового дерева, и страх в душе Нелл вскоре сменился совсем другим чувством. Ненавидя себя за то, что поддается его чарам, она смело взглянула в невозмутимое лицо маркиза.

– В вас… в вас нет доброты, – вдруг выпалила Нелл.

Глаза маркиза сверкали. Она знала, что он не будет считаться с ее невинностью. Нелл без спросу вторглась в его спальню, и ей вряд ли можно было ожидать пощады от маркиза.

Нелл охватила паника.