Назад в СССР 2 (СИ)

Не меньше брата, цыгана их удивил итог нашей схватки его

— Думаешь, он сдох? Ой, прости, — Тема поймал на себе укоризненный взгляд Элен, — разбился на смерть?

Я заверил, что скорее всего Шельма не сумел бы «собрать костей» после такого падения. Но пока не будет найдено тело, невозможно утверждать, что-то определенно.

Поезд на котором я ехал в Москву был пассажирский, а это означало, что он следовал со всеми остановками. Обратно я ехал на скором, поэтому станцию, где составляли протокол мы проскочили.

— Ты рассказывал Элен про Шельму? — спросил я друга.

— Так, в двух словах, — Тема скромно опустил глаза.

Я коротко пересказал события предшествующие задержанию банды карманников девушки. Ее глаза вспыхнули восхищением, когда я рассказал, как Тема мужественно вступился за девушку.

— Знаешь, наверно нехорошо так говорить, но после того, как он подло и расчетливо бил Тему тем же кастетом, я бы задушил его собственными руками. Бешеного зверя уничтожают, если не могут остановит.

— Если? — она недоуменно смотрела на меня.

— Ах да, я не указал на одну деталь — он бил меня ногой в грудь, если бы я не увернулся, то мы бы сейчас не лопали Зинины пельменьки. Он так вложился в удар, что сам провалился в открытый дверной проем. Я его пальцем не тронул — Бог отвел, на моих руках нет крови.

«В этой жизни» подумал я про себя.

— Ты веришь в Бога? — глаза Элен еще больше округлились. Надо быть снова более осторожным. Я улыбнулся.

— Ты что? Он комсомолец, — ответил за меня Тема, — правда, его тут чуть не выперли из ВЛКСМ. Если бы не удачное стечение обстоятельств…

— Элен, не знаю как объяснить, что я до сих пор жив и стою перед вами. «Бог» — это просто такая фигура речи.

— Ой как с вами интересно! А что за история с комсомолом? Обо всем этом нужно непременно написать.

— Написать? Что ты имеешь ввиду, Элен?

Как выяснилось она была чуть старше нас и заканчивала журфак.

Она работала корреспондентом в областной газете.

На самом деле девушку моего друга звали Елена, но в этот период у молодежи было модным называть друг друга на французский манер с обязательным ударением на последний слог.

Вокруг, в студенческой среде, часто можно было услышать наши русские имена переиначенные на заграничный лад: Надин, Анатоль, Жули, Николя, Мишель.

Сложно было ответить откуда шло это поветрие, то ли снова стали популярны романы Льва Толстого, то ли мода просачивалась вместе с импортными шмотками и пластинками.

— Тем, я такое нарыл про Королькова. Не знаю стоит ли сейчас рассказывать.

— Конечно стоит! У меня от Элен нет секретов, она кремень — проверено. Если, что то она собирает материал про валютчиков в порту и в Интуристе. Ее подруга пострадала. Так, что сам понимаешь…

Да, это меняло дело. Ну как тут не поверишь в существование высших сил.