В руках насильников. Попробуй выжить!

Прихожу в себя медленно, и понимаю, что лучше бы я продолжала быть в бессознательном состоянии. Снова жжение в анусе и ощущение разрывающихся кишков внутри. Боль уже переместилась куда-то в районе желудка… Словно он трахает меня прямо в него!

Когда же он угомониться и насытиться свой похотью? Сколько можно меня долбить? Который раз он уже насилует меня? Я сбилась со счета! Я даже не понимаю, день сейчас или уже вечер! Кажется, еще день… Судя по звукам сверху, мы уже отплыли, а это значит, что я упустила свой последний шанс на спасение…

Сопение матроса надо мной, время от времени, переходит в тонкие свинячьи всхлипы, а затем, в едва различимые протяжные стоны. Через несколько минут, я ощущаю, как все его тело сотрясается от подступающего оргазма.

Нахлынувшее на него блаженство заставило его затрястись всем телом в сладострастных конвульсиях и мощная струя ударила по измученной кишке, помогая смочить, натертые от столь тщательного трения, стенки.

Немного отдышавшись и придя в себя, матрос вытирает пот и начинает собираться. Несмотря на то, что его член уже покинул меня, я все еще испытываю эту чертову боль. Не в силах больше сдерживаться, я начинаю рыдать и умолять прекратить эту затянувшуюся пытку сексом. Прошу дать мне возможность отдохнуть, хотя бы день, потому что ощущения внутри такие, словно скоро все разорвется и разлетиться на мелкие кусочки!

Матрос снова смеется. Не понимаю, что тут смешного, почему он такой жестокий?

– Ты думаешь, что это самое страшное, что с тобой происходит? Хочешь, я устрою тебе такое, что ты будешь умолять меня снова забрать тебя в мою каюту и трахать твой зад пока ты не сдохнешь подо мной?! – злобно шипит он. – Я могу отдать тебя матросам, тогда ты вообще не будешь ни спать, ни есть, ни в ванной отлеживаться! Тебе еще и рот порвут, чтобы меньше трепалась!

Не совладав со страхом, я в ужасе начинаю реветь еще громче.

– У меня давно не было нормальной женщины! Шлюхи в порту – старые потаскухи, они ничего не чувствуют! И я с ними, тоже ничего не чувствую! Другое дело – ты! Такая молодая и неопытная! Мне нравится, как ты реагируешь, меня заводит твоя боль! – он осторожно начинает поглаживать свой член и я с ужасом вижу, что он снова встает!

На этот раз меня уже охватывает настоящая нервная истерика. Мое тело трясет. Я начинаю реветь и визжать, кричу, чтобы он позволил мне пойти в ванную.

– Еще разок и потом пойдешь в ванную, я до вечера вынужден буду тебя покинуть. Извини, детка, дела! – он снова двигается ко мне и я ощущаю, как мое сердце готово выпрыгнуть от возмущения и страха.

Не знаю, как я пережила эту финальную часть моего изощренного истязания.