Нарцисс в цепях

— Ты хочешь сказать, что я безжалостен?

— Практичен.

Настал его черед секунду помолчать.

— Да, практичен. Не менее, чем ты, ma petite.

— Какая я — это я сама знаю. Это с тобой мне еще не все ясно.

— Я никогда бы намеренно не принес тебе вреда, ma petite.

— Верю."

"— Но не могу сказать того же о тебе, ma petite, — тихо добавил он.

— Я никому из вас не желаю зла. Но Ричард не будет обижать моих леопардов, а ты, если сделаешь глупость, тоже на меня не пеняй.

— Я никогда не заблуждался относительно... твоего уровня прагматичности, ma petite, хотя Ричард, быть может, мог заблуждаться.

— Он сказал мне, что я не стану его убивать за грубое обращение с Натэниелом.

— И насколько же груб был Ричард с малышом?

— Не надо говорить о нем как о ребенке, Жан-Клод. Достаточно грубо, чтобы я располосовала ему руку.

— Сильно?

— Сейчас ему швы накладывают.

— Ох ты Господи! — выдохнул он, и голос защекотал мне кожу. Я сообразила, что он до сих пор вел себя прилично — по крайней мере голос не пускал в ход.

— Хватит ходить вокруг да около, Жан-Клод. Сейчас я дам трубку Ричарду, и ты ему расскажешь, что устроил это нарочно.

— Но я же не могу ему сказать, что солгал насчет Натэниела? Ведь я же говорил правду?

— Жан-Клод, ты это устроил, ты и исправляй. Мне нужно, чтобы Ричард научил меня вызывать зверя Грегори. И мне некогда ждать, пока он переживает.

— И что же я должен ему сказать, ma petite? Как я могу уверить его, что утром ты не окажешься с Натэниелом? Я думаю, что могу уговорить Ричарда остаться на ночь, оказаться рядом с тобой рано утром, когда проснется ardeur.

— Ричард ясно сформулировал свою позицию, Жан-Клод. Он не позволяет ни тебе, ни Ашеру, ни кому-нибудь другому от себя питаться. Он не видит, почему следует менять правила, если вместо вас я, а вместо крови секс.

— Так он сказал?

— Да, почти слово в слово.

Жан-Клод вздохнул — устало.

— И что мне с вами обоими делать?

— Меня не спрашивай, — ответила я. — Мне это не по окладу.

— Что ты хочешь сказать, ma petite?

— То, что у нас нет начальника. Быть равными — это здорово, но ни один из нас не знает, что вообще происходит, а это хреново, Жан-Клод. Мы влипаем во что-то серьезное, метафизически, эмоционально и даже физически. И надо как-то сообразить, что нам со всем этим делать.

— А у кого нам спрашивать совета, ma petite? Если хоть один вампир в Совете заподозрит, что я не дал вам обоим по четвертой метке, нас уничтожат из страха, что четвертая метка даст нам еще большую силу.

— Я говорила с Марианной и ее товарками. Они ведьмы, викканская секта.

— Так что, нам найти, скажем так, местный ковен и попросить руководящих указаний? — спросил он снисходительным тоном.

— Мне не нравится твоя интонация, Жан-Клод, тем более что лучшего предложения я от тебя не слышу. Не предлагаешь — не критикуй.