Нарцисс в цепях

мы, наверное, поверили бы в секс, но не в это. Очень на тебя не похоже, и Элизабет в одном права:

Натэниел — твой любимец, и ты его действительно защищаешь.

Так, никто мне не верит.

— Отлично, значит так.

Я стала снимать ремень наплечной кобуры, передвинув ее на спину. Вытащить рубашку из джинсов — не проблема, даже снять ее и положить рядом с рубашкой Натэниела на капот машины не было проблемой. На мне был очень симпатичный черный лифчик, из тех, которые предназначены, чтобы их видели. Жан-Клод оказал развращающее влияние на мой гардероб. Проблема была в том, чтобы лифчик снять. Вот этого мне точно не хотелось.

Я расстегнула его сзади, но придержала руками спереди.

— Что будет, если вы увидите укус?

— Если я увижу у тебя на груди укус без следов клыков, я поверю, что это был Натэниел, — сказал Мика.

Все столпились поближе. Никогда я не любила быть в центре внимания, тем более такого.

— Ребята, дайте мне место хотя бы для дыхания.

Они отступили на долю шага, и я подумала: а, хрен с ним. Все здесь, кроме Элизабет и, быть может, нового телохранителя, меня видали голой. Ладно, черт бы все побрал. Сняв лифчик, я положила его на капот рядом с рубашкой, абсолютно никому не глядя в глаза.

Я увидела руку и перехватила ее за запястье. Калеб.

— Натэниелу можно укусить, а мне даже пальцем нельзя потрогать?

— Тебе нельзя, — ответила я.

Мика не придвинулся ни на шаг ближе.

— Зачем ты его пометила?

Я посмотрела ему в глаза, готовясь встретить осуждение или презрение, в общем, что-то отрицательное. Но лицо его было абсолютно спокойно.

— Мне надо было во что-то всадить зубы. Надо было... — Покачав головой, я отвернулась. — Это был не секс. Мне нужно было кормиться.

— Нет! — метнулась ко мне Элизабет. — Нет, ты не можешь быть настоящей Нимир-Ра, не можешь!"

"На ее лице было выражение, близкое к паническому страху. Он ощущался даже обонянием. Она пододвинулась ближе, наши тела соприкоснулись, и я услышала гул ее сердца.

— Правильно, Элизабет, — сказала я. — Правильно. Бойся меня, сильно бойся.

Она полуотвернулась от меня, а Мика что-то сказал, и это единственное оправдание, почему я не увидела ее налетающего кулака. Она отбросила меня на борт джипа, рот у меня наполнился кровью, колени подогнулись. Только рука Черри, обнявшая меня за талию, не дала мне упасть. Мир на секунду наполнился белыми и черными полосами. Когда в глазах прояснилось, Элизабет держали Мика и телохранитель Ной.

Я отклеилась от джипа и отступила от Черри. Она держала меня за руку, и я еще секунду ей это позволила, пока не прошло головокружение. Поднеся руку ко рту, я отняла ее окровавленную.

Мерль придвинулся перехватить руку Элизабет, и Мика подошел ко мне.

— Как ты?

— Все в порядке.

Он взял меня за голые руки.