Нарцисс в цепях

— Жан-Клод велел мне оставаться сегодня с тобой.

— Я могу настоять. — Мой пистолет лежал на одежде, под рукавом.

— Если бы ты меня могла застрелить только за то, что я дразнюсь, я бы давно уже был бы мертв.

— Джейсон, я тебя прошу, у меня была трудная ночь. Пожалуйста, веди себя прилично хоть в этот раз.

Он вскинул руку в бойскаутском салюте:

— Честное слово, кусаться не буду.

Это напомнило мне о Мике и заставило покраснеть, что в данной ситуации было совершенно неуместно.

Джейсон вытаращил глаза:

— Такой реакции я у тебя еще никогда не видел. Надо будет запомнить реплику.

— Ты мне просто напомнил об одной вещи, которая меня смутила, вот и все.

Улыбка его стала чуть поуже.

— Я так и знал, что дело здесь не во мне.

— И нянчить твое самолюбие я тоже не собираюсь, Джейсон. Занимайся этим сам."

"— Как всегда. — Улыбка его исчезла, лицо стало серьезным. С соломенными волосами и синими глазами он как-то неуместно смотрелся на черном шелке; его выгоднее оттенял бы какой-то другой цвет. Конечно, кровать эта была создана как фон не для Джейсона, а для Жан-Клода.

Этой мысли хватило. Я ощутила его в гробу, мертвым для мира, ушедшим туда, куда после восхода солнца уходят вампиры. Ощущение было далеким, неспособным меня удержать или мне помочь. От него лишь веяло холодом и еще большей неуверенностью.

Я прислонилась к тяжелому вишневому столбу кровати, опираясь на него рукой. Но у меня недостаточно большая кисть, чтобы взяться за такой широкий столб. Кровать была большая — не меньше двуспальной.

— В чем дело, Анита?

Я покачала головой:

— Мне не хочется об этом говорить.

— Извини, я буду вести себя прилично. Обещаю.

— И дразниться не будешь?

Он попытался сохранить серьезность, но улыбка пробилась.

— Я бы обещал больше не дразниться никогда, если бы думал, что смогу сдержать слово. Но я обещаю постараться сегодня тебя больше не дразнить. Годится?

Я не могла не улыбнуться:

— Думаю, это честно. — И я села на край кровати.

— Ты сегодня будто потерянная.

Это было так близко к тому, что я сама о себе думала, что я повернулась к нему.

— Это так заметно?

— Только для того, кто тебя знает.

— И ты меня настолько хорошо знаешь, Джейсон?

— Иногда. А иногда ты меня полностью поражаешь.

Я натянула одеяло и влезла под простыню, сбросив тяжелое атласное покрывало. И оставила прилично места между собой и Джейсоном. Пистолет я сунула под подушку, поставив его на предохранитель. И — дополнительная предосторожность — поскольку я спала с теми, кто пистолетами не пользуется, в камере не было патрона.

— Честно, Анита, можешь придвинуться ближе, я буду прилично себя вести.

— Знаю.

— И не потому, что это не понравилось бы Жан-Клоду и Ричарду.

— Ричард уже со мной не встречается, Джейсон. Он уже не мой.