В начале пути

Занятия заканчивались только к семи часам вечера. Лишь с этого момента он имел возможность заниматься чем-либо, чтобы отвлечься и расслабиться. Порой он отправлялся на приемы или просто в гости. Вообще-то он и это время охотно посвятил бы обучению, но понимание того, что ограничивать свой круг общения неверно, толкало его к расширению оного.

Раз в неделю он непосредственно участвовал в заседаниях Сената. И в этот же день удостаивал своим вниманием коллегии, общаясь не только с возглавлявшими их лицами, но и с их подчиненными, знакомился с делопроизводством.

Окружающие поражались той увлеченности, с которой Петр занимался всем этим. Впрочем, это была одна из черт его характера. Было время, когда он предавался разгульному образу жизни, забывая обо всем остальном. Но самой захватывающей из страстей была охота, которой он посвятил чуть не половину своего пребывания на престоле. Что же, на этот раз у него появилось иное увлечение, и он предавался ему со всем юношеским пылом.

Едва только Петр проводил троих гостей, как во дворце появился Ушаков. Петр принял его без промедления. Бросив взгляд на массивные часы, стоящие в углу кабинета, император прикинул время аудиенции. До занятий оставалось полчаса. Должен поспеть.

– Чем порадуешь, Андрей Иванович?

– В производстве КГБ находится несколько дел о преступлениях, но сведения о каких-либо заговорах отсутствуют.

– Что же, по мне, так это хорошие новости. Но если ничего срочного, тогда с чем пожаловал?

– Государь, ты обещался просмотреть положение о канцелярии, поданное мною на твое рассмотрение. Прости, но, не дождавшись ответа, я сам решил к тебе пожаловать.

– Как же, помню и даже просмотрел. Но это все не то.

– То есть как «все»? – Было видно, что Ушаков задет за живое.

Он уже далеко не первый год занимался своим делом, и ему казалось, что он вполне стройно изложил задачи канцелярии, как и пути их решения. И тут малец, который мало что в жизни видел, вдруг решил указать ему на то, что его труд ничего не стоит.

– Минуточку, Андрей Иванович. Василий!

– Да, государь. – Денщик тут же появился в дверях.

– Передай Арнольду Павловичу, что занятия переносятся на семь часов вечера. У меня возникли кое-какие дела.

– Государь, так ведь к вечеру тебя ждут на приеме у Шереметевых.

– Порезвятся без меня.

– Петр Алексеевич, совсем ты себя загонял с этими науками.

– Прости, государь. Все исполню.

– Вот и исполняй. Итак, Андрей Иванович, вот взгляни на то, что у меня получилось за эти дни.

Петр протянул Ушакову исписанный аккуратным убористым почерком лист бумаги. Тот углубился в чтение. И чем дольше он читал, тем большее удивление отражалось на его лице. Еще бы.