В начале пути

Кроме этого к нему ведь нет претензий. Знаю, что по Санкт-Петербургской губернии самые высокие результаты.

– Это так, Петр Алексеевич.

– Вот и решили. Раз уж с этим покончили, давай к делам по заговору. Клубок размотал?

– Размотал, государь. До самой последней ниточки…

Ушаков был прав, оценивая степень готовности заговорщиков. До конца приготовиться они так и не успели. Для полного успеха предприятия им нужно было склонить к заговору Елизавету. Но в этом-то и заключалась главная трудность. Заявить об этом в открытую нельзя, так как реакция может быть самой непредсказуемой. Поэтому готовили ее исподволь, всячески давая понять, что ее авторитет постоянно растет, в том числе и в гвардии, на которую она сможет опереться.

Правда, наемными убийцами заговорщики озаботились заранее. К сожалению, этой информации у Ушакова не было, а потому и эффективно противодействовать этому он не смог. Будь у него в запасе еще время, возможно, все пошло бы иначе. Но вмешался случай. Поняв, что раскрыты, заговорщики начали действовать.

По плану офицеры должны были поднять три роты преображенцев, едва только поступит информация о том, что император убит. Одна рота должна была захватить дворец. Вторая – здание Сената. Третья – отправиться во дворец Елизаветы. При должной расторопности уже утром все должно было кончиться.

Переворота как такового не было бы и в помине. Король умер, да здравствует король. Все просто. Злоумышленники убили императора. Елизавета взошла на престол согласно завещанию покойной императрицы. Гвардейцам оставалось только поддержать ее и не допустить поворота событий в нежелательное русло. Никакой крови, арестов, репрессий. Всеобщие траур и скорбь.

Словом, в случае смерти императора риск был минимален. Даже если бы убийц и захватили, результат был бы нулевым. Что, собственно, и произошло, так как двое выжили и дали показания. Трех немцев и двух французов нанял неизвестный, свободно говоривший на обоих языках и скрывавшийся под маской. Выйди все как задумано, его личность так и осталась бы неустановленной.

Однако случилось иначе. То, чего не знали убийцы, знали некоторые из заговорщиков, которым подручные Ушакова сумели развязать языки.

Указанные три роты преображенцев весь вечер провели в казармах в ожидании сигнала. И он поступил. Вот только заговорщикам не было известно о том, что неудавшееся покушение произошло час назад, а улицы, примыкающие к казармам, как и задний двор полкового городка, уже заполнены ингерманландцами и семеновцами. Разумеется, не в полном составе, а только шесть сборных рот. Ничего удивительного, самый обычный день, треть находится в карауле, другая треть в увольнении.

Обошлось без стрельбы.