Землянка в межмировой Академии (СИ)

— Можем приступать, — раздался голос руководителя нашей практики.

— Курсант Майорова, что вы можете рассказать о происшествии? — начал допрос хармит. Я посмотрела ему в глаза и поняла, что поддержки мне ждать неоткуда. Сухо и по существу я начала пересказывать все, что произошло. Кто-то из присутствующих делал пометки, мужчины с голограмм слушали, так как, скорее всего, велась запись моего доклада.

— Из доклада других членов группы известно, что вы надрезали руку и заставили уважаемого хармита выпить вашу кровь, — раздался голос одного из мужчин с голограммы. Несмотря на то что это была всего лишь голограмма, было понятно, что мужчина зол. — Объясните, зачем вы это сделали?

У меня в голове промелькнул миллион мыслей. Сказать правду? Но тогда меня или сделают каким-нибудь спецагентом, или пустят на опыты. И тогда то, что со мной делали бакайцы, покажется мне цветочками. Поэтому принимаю единственное решение, которое именно в этот момент кажется мне верным.

— Кирис мой истинный, — мои слова словно прогремели на весь зал. Воцарилась звенящая тишина.

— Да это же смешно! — первым пришел в себя именно тот старик-хармит, который задал мне вопрос. — Вы землянка! — прозвучало так, словно “землянка” — это синоним местного ругательства. — Отсталая раса, — дополнил мужчина и так не самую лестную характеристику. — Если б не рекомендация благородных хармитов, вы бы не попали в эту академию. И сейчас преподаватель Кирис находится без сознания, и он не может опровергнуть ваши лживые слова, — старик, кажется, даже плеваться начал от возмущения. Стоял гул, словно я не на военном допросе, а в улей с пчелами попала. Кто-то откровенно возмущался, кто-то высказывал сомнения в моих умственных способностях, а кто-то откровенно называл меня охотницей за богатым мужем.

— Позвольте, я вас прерву, — слова мужчины из центральной голограммы заставили всех присутствующих замолчать. — Слова этой самки очень серьезны, — и хармит строго на меня посмотрел, словно давал шанс отказаться от них, сославшись, что меня неправильно поняли, но я молчала. — Курсант Майорова, вы же понимаете, что с вами будет, если выяснится, что вы солгали? — мужчина решил все же уточнить, отдаю ли я отчет своим словам.

— Я не лгу. Сама ничего не знала об этой истинности, но Кирис показал татуировки на руках и объяснил мне все, — решила не вдаваться в подробности о том, как происходила эта демонстрация.

— Сейчас Кирис не может подтвердить ваши слова и высказаться насчет планов в отношении вас, но я хотел бы лично переговорить с вами, — мужчина неотрывно смотрел на меня. Меня словно током прошибло от этого взгляда. — Я немедленно прибуду в лагерь экспедиции и лично разберусь во всем, — закончил речь хармит.