Землянка в межмировой Академии (СИ)

Он словно губка впитывает часть эмоций и впоследствии может самостоятельно, без участия связанного с ним гуманоида, испытывать сильные эмоции.

Я ошалело уставилась в планшет. Это получается, Роб обучается у меня эмоциям и сможет сам в дальнейшем все чувствовать?

— Ро-о-о-об? — я позвала помощника, и он заглянул в комнату.

— Ты звала? — и взгляд такой невинный. Вот теперь я понимаю, что он уже довольно неплохо научился и эмоциям, и, я бы даже сказала, манипуляциям.

— Звала. Под дверью караулил? — я взглянула на Роба другими глазами.

— А почему ты не сказал мне этого? — ткнула пальцем в планшет, а робот как будто смутился. — Ты же видел, что я не понимала, что делаю. Ты тупо схитрил.

— Яна, прости, — он реально потупил взгляд, — мне очень хотелось понять, каково это — чувствовать, — признался мой нянь.

— И как? — я не сердилась. Было немного неприятно, что мною просто воспользовались. Меня обвел вокруг пальца робот! Вот я наивная овечка!

— Я еще не понял толком, — ответил неуверенно. — Порой странно, порой необычно, но есть эмоции, которые мне очень не понравились.

— Какие? — я с любопытством смотрю на собеседника. Для меня он раньше был чем-то вроде ноутбука на ножках. Все знает, все подскажет, а сейчас я не могла все это уложить в своей голове. Роб чувствует. Испытывает эмоции.

— Страх и паника, — он, видимо, ожидал от меня чего-то. Отрицательной реакции. И, не получив ее, с радостью начал делиться своими наблюдениями и мыслями.

— И когда ты их испытывал?

— Когда на тебя напали. Я не знал, что делать. Я хотел вмешаться, помочь, но у меня вшиты в программу определенные установки. И я могу, скажем так, пожертвовать собой, лишь если сопряженному со мной гуманоиду угрожает смертельная опасность, — рассказал Роб.

— А изнасилование не входит в перечень смертельной опасности? — уточнила, а у самой на душе стало паршиво. Нет, у меня не было обиды на робота за то, что он не вмешался, не защитил. Меня расстроили те воспоминания и то, что я по факту оказалась беспомощной.

— Нет, не входит, — опустил взгляд. — А еще это чувство… оно мне тоже не нравится. От него горько становится, словно трубка с маслом перетерлась внутри.

— Какое чувство? — я не поняла, о чем он.

— Мне стыдно, — ответил Роб.

— А ты знаешь, я рада, что мы установили эту связь, — и я сейчас не кривила душой. На самом деле была этому рада. Где я еще найду такого преданного друга. Тем более на чужой планете, на которой мне некому довериться.

Я так и проболтала с Робом весь вечер. Он рассказывал, чем для него стала эта установленная связь, а я внимательно слушала.

— Слушай, мне сейчас мысль пришла в голову, — уже было довольно поздно, и я с трудом подавила зевок.