В ловушке времени

По слухам, мальчик рос диким, необузданным и своевольным. Он отказался выбрить голову, как это подобает монаху, и выказывал больше интереса к военным подвигам, чем к молитвам.

В одной из ходивших о нем легенд рассказывалось о неком человеке богатырского роста и сложения, который похвастался, что подстережет на дороге тысячу путников и поотбирает у них мечи, а на вырученные деньги поможет отстроить храм. Добыв девятьсот девяносто девять мечей, он расположился однажды вечером у моста в Киото и стал поджидать свою последнюю жертву. Он увидел в темноте, как навстречу ему, беспечно наигрывая на флейте, бредет худенький паренек в одеянье послушника. Закаленный в боях богатырь посчитал было, что этот тщедушный юнец не может быть достойным противником, но когда они схватились, выяснилось, что паренек, а это был Ёшидзуне, поднаторел в воинском деле. Его нипочем нельзя было одолеть. Богатырь проникся к нему таким уважением, что попросил позволения стать его слугой. И получил согласие. Имя его было Бенкей.

Еще ребенком Ёшидзуне довелось прочесть семейную хронику клана Гэндзи, и тогда он осознал, кто он такой. С того самого мгновенья все его помыслы были направлены к одной-единственной цели: уничтожить клан Хейке и тем самым отомстить за поражение своего отца. И возродить могущество своего клана.

Сэдзуко было известно, что Ёшидзуне удалось сбежать от монахов, что несколько лет он провел в уединении, но сейчас примкнул в войску своего старшего брата. Она боялась его, как и все остальные, — каждый мужчина, который приближался к дворцу, в котором она жила, подвергался тщательному осмотру. Если оказывалось, что он невысокого роста и худощав, с девичьи тонкими чертами лица, за которыми скрывалась решимость воина, обитатели дворца тотчас же били тревогу. Это мог быть Ёшидзуне, вознамерившийся захватить их врасплох.

Клан Хейке был сейчас как никогда уязвим. Киёмори скончался, император — тоже. На императорском троне сидел внук Киёмори, сын его дочери, выданной в свое время замуж за покойного императора. Но мальчику было только четыре года. И слишком уж много влиятельных людей в стране повернулись к клану Хейке спиной…

Два часа, прожитые ею в обличье Сэдзуко, нисколько не воодушевили Туву. Судя по всему, дела клана Хейке, или, как его еще называли, Тайра, были плохи.

Жаль! Ибо она понимала, что Хейке-Тайра были прародителями Людей Льда.

Ей не нравилось, что они проиграют.

Хотя этого еще и не произошло.

В то же время вожди этого клана не вызывали у нее симпатий, настолько они были поглощены собой и не заботились о нуждах народа.

Ну все, она достаточно уже побыла Сэдзуко.