В ловушке времени

Но я надеялась, что девочке останется хоть какая-то память. Он был привязан к ней, понимаешь, всегда спрашивал, как она, что с ней. Это мои родители были против, чтоб мы поженились, он частенько-таки закладывал, понимаешь?

Эллен кивнула.

— Возможно, он и собирался сделать что-то для девочки, — сказала она в утешение. — Но он так неожиданно умер.

— Да нет, он был конченый человек, и он это знал. Печень!

«Самоубийство? — подумала Эллен. — Но тогда при чем здесь крики ужаса и погнутые перила?» Нет, ни одна из ее блестящих гипотез не подходила.

Она чуть поежилась. Интересно, что ожидает их на борту? Разумеется, ей было страшно! Но и любопытно. К тому же рядом будет Натаниель.

Если бы только Тува была с ней хоть чуточку поприветливее!

Натаниель порядком устал следить за причудливыми скачками, коими двигалась мысль у фру Карлберг, при том, что ему было ее искренне жаль. Он знал, Эллен сидит и ждет его, но эта женщина, казалось, никогда не выговорится. Она все молола и молола языком, в восторге от того, что заполучила таких неоценимых слушателей.

Тува сидела на удивление тихо, похоже, болтовня фру Карлберг совершенно ее заворожила.

Случай был яснее ясного. Вначале, как понял Натаниель, была позиция, которую занял муж. «Моей жене работать незачем. На что это будет похоже — как будто я не в состоянии ее обеспечить!»

И вот сорокапятилетняя фру Карлберг, жизнерадостная, умная и энергичная женщина, оказавшись на этой роскошной вилле как в заточении, по много часов в день проводила в бездеятельности, в то время как мозг ее жаждал активной работы. Кто-то сумел внушить ей навязчивую идею о Людовике Четырнадцатом. О том, что ей подошла бы роль мадам Помпадур (которая, кстати, была фавориткой не Людовика Четырнадцатого, а Пятнадцатого, его внука. Видимо, в голове у фру все перепуталось). Фру Карлберг восхищалась «Королем-солнцем» еще школьницей, — мужчина хоть куда, во всех отношениях. Директору же Карлбергу явно недоставало воображения.

— Значит, у этого «духа» имеется послание? — осторожно спросил Натаниель.

— Да, а я — тот самый медиум, который должен передать это послание живущим на земле людям.

— И что же в этом послании? Экзальтация была налицо.

— Его величество просит нас хранить мир на земле и не загрязнять окружающую среду.

— Чтобы уяснить это, так ли уж обязательно обращаться к Людовику Четырнадцатому? Он говорит по-французски?

Она растерялась.

— Мне это как-то не приходило в голову. Наверное, нет, ведь я по-французски не говорю, знаю только несколько расхожих фраз, но я отлично его понимаю. Видите ли, в прошлой жизни я была мадам Помпадур.

«Стало быть, Людовик Четырнадцатый удобства ради общается с мадам по-норвежски», — подумал Натаниель.