Жестокие игры в любовь

— То есть ты и раньше была красивой, но сейчас — просто с ума сойти можно…

И говорил иначе, хоть и с искренним восхищением.

«Да что я в самом деле», — сказала себе Мика. Разумеется, он изменился! Они же не виделись с самого выпускного. Лёша после школы сразу ушёл в армию, а она уехала учиться в Москву.

Два года назад Мика приезжала сюда ненадолго под Новый год, но ни с кем не встречалась. Проведала бабушку и обратно. Не хотелось ей тогда никого видеть. Не хотелось даже вспоминать то, что было в школе.

— Как бабушка? — спросил Лёша. — Мать же моя её нашла прямо тут на площадке. Вызвала скорую, ну и вот…

— Плохо, конечно, но бывает и хуже. Её хотя бы не парализовало. Передай спасибо маме.

— А ты сама к нам заходи. Нет, правда, заходи?

— Ну, не знаю, может, потом как-нибудь.

Мике было неловко рядом с Лёшей, до сих пор, хоть он и вёл себя вполне естественно. Будто тогда, во время выпускного, ничего между ними не произошло. Забыл? Нет, вряд ли. Она же помнит, и ей до сих пор не по себе. Но, может, он решил, что нечего зацикливаться на прошлом и живёт дальше? В общем-то, и она жила дальше и ни о чём не вспоминала, пока не приехала сюда, пока не пришёл он…

— Обязательно заходи! А сейчас ты что собираешься делать?

— Да ничего особенного. Отдохнуть хочу после перелёта. Завтра с утра опять в больницу. Только вот в магазин схожу. Куплю что-нибудь на ужин.

— Так я тебя отвезу, я на машине, — с готовностью предложил Лёша.

— Да близко же, так пройдусь.

— Ну, значит, я тебя провожу. Или ты против? — посмотрел на неё внимательно.

— Да нет, — пожала плечами Мика, вновь испытав неловкость. — Нет, не против. Давай сходим.

40

Вся следующая неделя прошла как один день. Не потому что быстро, нет, наоборот, казалось, время порой вообще не двигалось. А потому что каждый последующий день был точной копией предыдущего.

В семь утра Мика вставала и ехала в больницу, проводила там весь день, ухаживая за бабушкой. Вечером возвращалась домой, ужинала чем придётся, потом — душ и спать. Это однообразие действовало отупляюще. Но уж лучше так, говорила она себе, чем плохие новости.

Из хорошего — на карточку перечислили зарплату, даже больше, чем она ожидала. И это очень кстати. Лечащий врач предупредил сразу, что лечение бесплатное, а вот реабилитация обойдётся дорого.

Пару раз к ней снова заходил Лёша, пытался её вытащить в свет, зазывал то в гости, то ещё куда, но она категорически отказывалась, ссылаясь на усталость и на «завтра рано вставать». А в какие-то дни даже лишний раз не включала в квартире свет и не открывала дверь."

"Лежала на кровати в потёмках и прислушивалась, как сначала звонили, потом поднимались наверх.

Она не хотела обижать Лёшу.