В лапах зверя

Тогда что?

Тянет время?

Для чего?

И где охрана дома, интересно?

Ладно, часть с отцом сегодня в столицу улетела, решать вопрос о поддержке со стороны властей. Там нас давно хотят получить, хотя бы небольшой процент бизнеса, но до сих пор мы успешно отбивались.

А сейчас реалии поменялись… Тянуть уже нельзя, а без поддержки серьезных людей при власти мы рискуем остаться в нужный момент без защиты. И тогда вот такие, как Урал, старые седые крокодилы с железными зубами, и их хозяева, молодые и борзые дети тех, кто очень удачно когда-то покормился у казны и осел на Фишер Айленд, будут постоянно скалиться на то, что принадлежит нам.

Потому что мы — ничейные. Свои собственные.

А сейчас так нельзя.

К сожалению.

И последние события это очень ярко продемонстрировали.

Хорошо, что в ситуации с Уралом мы все же хоть как-то держали руку на пульсе, да и то захват проморгали. Едва выправили ситуацию. А если бы не выправили… Это был бы сигнал, что мы слабы. Что нас можно рвать.

Так что отец поехал пить со своими старыми университетскими друзьями и заключать новые сделки, а я… А я помчался к Лике.

Верней, сначала все же по делам, потому что много осталось невыясненных вопросов. В том числе, и с бывшей женой.

Но бывшая валялась в счастливой наркотической коме у себя в комнате, говорить с ней было бесполезно, и я спустился вниз, на кухню.

И увидел Лику…

И все.

Гребанное затмение случилось со мной.

В очередной раз.

Эта девушка действовала на меня поражающе.

Как дикая доза наркоты сразу в кровь. Голову отрубала напрочь.

И я, вместо того, чтоб додавить рейдеров до точки, только дал команду Петровичу решить вопрос с засланными казачками на всех предприятиях. И одним ударом всех положить.

И все.

Пропал.

До утра.

Дурак.

Надо было сразу и с Уралом решать, а потом уже к Лике.

Чистым. Ее очень заботило то, что я женат. И я хотел ей сказать, что свободен. Но не успел. Увидел ее — и забыл про все на свете. Надо же, как бывает… Затмение какое-то дичайшее. Слабость.

И теперь я за эту слабость расплачиваюсь.

Однако, где охрана?

Почему никого не встретил по пути в кабинет? Мне надо срочно проверить это, но от Урала сейчас не уйдешь. Оставлять его нельзя ни в коем случае.

— Чего ты хочешь, Урал? — спрашиваю я его напрямик, решив не заигрывать больше.

— Справедливости хочу, — он меня понимает. И принимает новый уровень разговора. На равных. Без подъебов в сторону моего возраста и прочего.

— Какой именно? — интересуюсь я спокойно.

— Ты кинул меня, Сандр, — отвечает Урал, — думаешь, я не понимаю, для чего ты тянул со слиянием?

— Думаю, понимаешь, — киваю я, — и знаешь, что уже проиграл.

— Посмотрим, — усмехается Урал.

— Твои хозяева просчитались, Урал, — я смотрю в его бесцветные глаза, глаза убийцы, и припечатываю, — мы — не их уровень.