В краю багрового заката

Мужчина быстро разделся догола и, схватив мыло, решительно полез в воду. В самом глубоком месте ему было где-то до середины бедра. Искупаться можно, а вот плавать уже нет. Резко окунувшись, он стал быстро намыливаться, смывая с себя грязь и пот трудового дня. Вниз по течению поплыли грязно-мыльные разводы. Еще раз присев в воду, он смыл первую грязь и начал намыливаться по второму разу, на этот раз уже куда тщательней, включая и голову.

Бросив, почти не глядя, мыло на берег Ляле, он встал коленями на скользкое глинистое дно и, окунув голову в воду, начал смывать с нее мыльную пену. Да, по комфорту лесной ручей – это далеко не ванная в современном многоэтажном доме. Даже мыло положить некуда.

– Петрович, – с берега тонким голосом позвала Ляля, укрывшаяся от его взгляда за большим махровым полотенцем, – если ты уже закончил, тогда давай иди скорей ко мне, а то совсем замерзнешь!

Быстро смыв остатки мыла, тот не спеша выбрался на берег, где и попал в Лялины ласковые объятья. Это была засада и сюрприз в одном флаконе. Спрятавшаяся за полотенцем девушка оказалась совсем обнаженной, а ее одежда была аккуратно сложена стопкой за кустом. И даже Майга, предательница, отвернувшись в другую сторону, делала вид, что ничего не замечает. Нет ее тут – и все.

– Ну, что же ты, дорогой, расслабься… – жарко прошептала девушка своему мужу прямо на ухо, не забывая при этом растирать его полотенцем. – Быть может, я давно-давно мечтала соблазнить тебя вот так, на лоне дикой природы, при свете звезд…

– До света звезд еще несколько рановато, – машинально пробормотал мужчина, отдаваясь ее ласковым рукам, – но если женщина, даже добившись штампа в паспорте и кольца на пальце, все равно продолжает соблазнять своего мужа – значит, в этом что-то есть.

К костру на стройке они вернулись, когда уже совсем стемнело, утомленные, голодные, но ужасно довольные. Ляля по дороге просто мурлыкала – ее супруг раз за разом доказывал ей, как хорошо быть молодой, красивой и любимой женщиной.

Андрей Викторович и Лиза в их отсутствие тоже времени даром не теряли. Палатки были поставлены, котелок с кашей подвешен над рдеющими углями, а сами молодые супруги Орловы имели вид слегка растрепанный, но полностью удовлетворенный. Научившись немного сдерживать свои порывы, они теперь уже не наносили друг другу телесных повреждений, но все равно их любовь больше напоминала схватку дикой кошки с медведем, а не медленный танец в горизонтальном исполнении, как у четы Грубиных. Врочем, на вкус и цвет товарищей нет.

Уже позже, после ужина, глава клана отправил своего друга с женой спать, а сам, повернувшись к огню спиной, остался сидеть у костра, выбрав себе для дежурства первую смену. Ляля, конечно же, тут же присела рядом с ним.