В краю багрового заката

Все это теперь у них было, а другими вопросами эти молодые женщины и не задавались. Им было неважно, куда плывет эта деревянная пещера и что их ждет в конце пути. На все это есть вожди – пусть они и думают.

На закате ужинали жареной треской с картошкой и луком, и пили чай прямо на свежем воздухе, рассевшись на расстеленных на палубе одеялах, глядя на опускающееся в море багровое солнце. Первое возбуждение уже спало, наступило некоторое умиротворение, и тихие разговоры совершенно не заглушались звуком работающего мотора. Лишь рыжие близнецы испуганно жались к Валерке, настороженно поглядывая по сторонам. Расстилающаяся вокруг водная стихия их все еще пугала.

Когда стемнело, Петрович не лег в дрейф, а продолжил движение под мотором на юго-запад, держа курс по компасу. Глубина на сонаре превысила уже отметку в двадцать метров, так что внезапной мели он не опасался. Ночные вахты на штурвале мужчины стояли посменно, впередсмотрящих с бака убрали. А зачем они там нужны, ведь все равно ничего не видно, да и плавающих коряг в море тоже не предвидится, как и айсбергов. Не «Титаник», чай.

Задачей «Отважного», как считал Петрович, было за ночь обогнуть крайнюю западную точку Бретани, после чего можно будет делать поворот на юго-восток в сторону устья Гаронны.

Всю вахту вместе с ним простояла Ляля. Ничего не просила, ни о чем не говорила, просто стояла позади, крепко обняв его руками за пояс и глядя на раскинувшееся над головой черное небо с яркими точками звезд. Собственница, как есть собственница.

– Петрович, – тихо сказала она ему на ухо, когда время вахты почти истекло, – спасибо тебе, что не поддался на мои провокации. Дашка и Машка с Валеркой – они как хотят, а у нас с тобой все должно быть по возможности красиво. Ты у меня самый лучший.

Когда над морем наконец-то взошло солнце, Петрович увидел, что «Отважный» со всех сторон окружен бескрайней соленой водой, и лишь на востоке, чуть правее восходящего солнечного диска, видна узкая черная полоска суши.

– Горизонт чист, капитан, – шутливо доложила ему стоящая на вахте впередсмотрящим Лиза.

– Благодарю за службу, матрос, – отшутился тот и осмотрелся. Глубина, согласно сонару, была уже около шестидесяти метров. Ветер свежий, силой порядка десяти-двенадцати метров в секунду, направление между юго-западным и западным. Запас дров для генератора – меньше трети. Пора было переходить на парусный ход.

– Курс сто пятьдесят, на моторе малый ход, – скомандовал капитан стоящему на штурвале Антону Игоревичу, а сам, с помощью Сергея-младшего и Валеры, приступил к постановке всех парусов. Фок, грот, стаксель.

Вскоре мотор был выключен вовсе. «Отважный» шел под свежим ветром курсом полный бакштаг, слегка накренив корпус на левый борт.