Билеты в один конец

Несколько мгновений моргаю, не зная, что делать, а потом жму на зеленую кнопку.

– Совсем плохо? Или жить будет? – слышится его бодрый голос в динамике.

То ли сарказм, то ли нет, не пойму. Но от легкости в его интонациях и отсутствия душного официоза, с которым он разговаривал со мной утром, в уголках глаз опять собираются слёзы и я ничего не могу выдать связного, лишь мычание.

– Поня-я-ятно, – тянет он. – Овоща из себя изображал. В его стиле. Пеною, наверное, изо рта пугал?

– Нет. Слабый очень. Заснул.

– И даже не выгонял?

– Нет.

– Мои аплодисменты, Татьяна, – с наигранным восхищением произносит он.

– Можно без пафоса и этих насмешек?

Правда ведь – раздражает. Как можно смеяться над умирающим другом? Или у них такие «высокие отношения»?

– Ты где, в клинике?

– Да, только что вышла. Постой… ты же…

– Да знал я, конечно. Но профессия у нас такая, постоянно развивать навык дедукции, общения, искать зацепки, проводить расследование.

Нет, «раздражение» это не то слово. Бесит!

– Сейчас подъеду. Я как раз недалеко. Жди, – и сбрасывает.

Сначала из принципа собираюсь вызвать такси, а потом… понимаю, не хочу. Ни ехать, ни вообще двигаться. Из меня будто позвоночник вытащили. И я не знаю, куда себя деть. Давлением и слезами я ничего не добьюсь от Таранова. Никак и ничем его не излечу. Всё рушится, а я даже не знаю, за что уцепиться. А ещё… я Лене сначала хотела вылить душу, но раз Сколар сам набросился – пусть слушает. И больше никогда своих услуг мне не предлагает.

Через десять минут на парковку въезжает чёрный внедорожник. Мигает фарами. Оглядываюсь по сторонам – я одна на крыльце стою. Значит за мной. Дождь накрапывает, а я и не заметила. Прижимая сумку к себе, направляюсь к Сколару и сажусь на переднее сиденье, специально смахивая влагу с волос в салоне. Не мне же одной раздражаться.

Но кажется ему все равно. Он выглядит не таким серьезным, как утром. И даже на обычного человека похож, а не на хоядечего душнилу. Чудеса перевоплощения!

– Заедем куда-нибудь поужинать? – предлагает он.

– Нет…

Шумно вздыхает, смотрит на меня в упор.

А я на грани, разве не видно? И никуда к людям не хочу, потому что могу в любой момент разрыдаться. Пусть уже включит своего дедуктивного Шерлока Холмса!

– Ну и ладно. Как в старые добрые нищие времена, значит.

– Это как?

– Сейчас узнаешь, – трогается с места.

– Мне домой надо. К ребёнку.

– Не это тебе сейчас нужно, – тихо произносит он. – Да и у меня настроение соответствующее. Поможем друг другу. Заодно и рабочий контакт наладим.

Кошусь в его сторону.

– В каком смысле наладим?

Отмалчивается. Но всё равно не напрягает. Скорее наоборот, я почему-то расслабляюсь.