Комбат в западне

«Еще хорошо, что я пистолет не схватил, — подумал Подберезский, — пора привыкнуть, что от Комбата можно ожидать чего угодно».

Стакан воды вскипел за неполных двадцать секунд.

— Чайку хочешь?

Чтобы не обижать командира, Подберезский согласился.

А тем временем в коридоре уже слышались недовольные голоса постояльцев. Кто-то пытался выяснить у дежурной по этажу что происходит. Та обещала позвонить в техническую службу.

— Успеем, — смеясь, сказал Комбат, еще раз втыкая вилку в розетку.

И вновь замигал свет — так, будто бы к сети подключили электросварку.

— Вот теперь чай получился то что надо, не то, что в ресторане.

Комбат с Подберезским сидели по разные стороны столика и пили чай вприкуску с рафинадом, который Рублев прихватил из ресторана.

— Со мной, Андрюша, не пропадешь ни в окопе, ни в номере «люкс».

— Это точно, — и Андрей Подберезский понял, что сейчас ему наплевать, что о них думают другие постояльцы «Космоса».

Рублев аккуратно скрутил шнур, завернул самодельный кипятильник в газету и спрятал в ящике письменного стола.

Когда в дверь постучала дежурная и поинтересовалась не было ли у них перебоев с электричеством, Комбат пожал широкими плечами:

— Черт его знает! Я тут прикорнул на кровати. Может и было что.

Острый взгляд дежурной быстро пробежал по номеру, но ничего подозрительного ей обнаружить не удалось. Она не заметила, что у светильника бра отсутствует электрический шнур, — Извините.

— Не за что.

Дежурная пошла проверять другие номера, бедная женщина боялась — где-нибудь могла замкнуть проводка.

— А теперь спать. Завтра займемся антикварными магазинами и коллекционерами.

Проблем с тем, чтобы уснуть, не было. Комбат и Подберезский привыкли засыпать в любой ситуации, в любом месте. Жизнь до этого баловала их разнообразием и Борису Ивановичу было все равно что у него под головой — камень на дне горного ущелья или мягкая подушка дорогого гостиничного номера.

И при поисках секретной модели вертолета «Барракуда С-2000» в горах Афганистана, и блуждая в подземных складах просроченного вооружения под Смоленском, надевая пятнистый камуфляж или дорогие пиджаки, эти люди не менялись душой, оставаясь верными и делу, которому служили и друг другу.

* * *И утром Комбат остался верен себе. Он не собирался менять образ жизни лишь потому, что ему уготовили чужую роль. Ровно в семь утра заверещал карманный будильник, поставленный Борисом Ивановичем на письменный стол. Комбат поднял на ноги Подберезского, Альтова, облачился в новенький спортивный костюм и выгнал своих телохранителей на утреннюю пробежку.

Сам Рублев бежал чуть впереди их, для пущей важности держа в руках мобильный телефон.