В Коктебеле никто не торопится

К примеру, завтра утром, точнее, уже сегодня. Они проснутся и не будут спешить ни на завтрак, ни на пляж. Им вообще не нужно будет никуда спешить, потому что они в отпуске и могут сколько душе угодно наслаждаться друг другом. Широко улыбнувшись этой мысли, Полина закрыла глаза и мгновенно заснула.

Утреннее солнце заливало комнату. Оно было таким веселым и радостным, что, даже не открывая глаз, Полина поняла, что день сегодня непременно заладится. От ее вчерашних страхов не осталось и следа. Она и сама не знала, почему вчера так испугалась следившего за ней человека. В конце концов, Никита был совершенно прав, вряд ли ее хотели убить. Поступок она, конечно, совершила глупый, но ведь за глупость не убивают."

"Никита… Вспомнив про него, она открыла глаза и обнаружила, что лежит в постели одна. Из маленькой кухоньки, расположенной в углу гостиничного номера, раздавался свист чайника, вкусно пахло свежезаваренным кофе, брякала ложка о край стакана. Она повернула голову. Никита, видимо, только что после душа, с мокрой головой, в полотенце, обернутом вокруг бедер, готовил завтрак, намазывая какие-то малюсенькие бутерброды. На небольшом столике за его спиной уже стояла большая миска с домашним творогом, о котором вчера мечтала Полина, миска поменьше, доверху полная густой деревенской сметаны, и плошка с крупной садовой голубикой. Рот Полины мигом наполнился слюной. Она судорожно глотнула и даже застонала слегка от этого гастрономического великолепия.

– Проснулась? – Никита обернулся, полотенце развернулось и упало к его ногам, и Полина снова застонала, тут же забыв про творог и сметану. Вожделение совсем иного рода теперь занимало все ее мысли.

– Иди ко мне, – хрипло попросила она, и он, пристально посмотрев на нее, не стал больше ничего спрашивать, а переступил через свое полотенце, сделал несколько шагов и упал на кровать, подмяв ее под себя.

Только спустя полчаса Полина все-таки дорвалась до приготовленного для нее завтрака.

– М-м-м, вкусно-то как, – пробормотала она, слизывая предательски стекающую по подбородку сметану.

– На тебя невозможно смотреть, когда ты сидишь голая на развороченной постели и облизываешься, как кошка на завалинке, – пробормотал Никита.

– А ты не смотри, – посоветовала она и зачерпнула еще одну ложку, кинув в рот несколько ягодок. – Мне ночью тоже было непросто на тебя смотреть.

– То есть я спал, а ты меня разглядывала? – Он нахмурился, но Полина понимала, что это такая игра, поэтому ни капельки не испугалась.

– Ага. Хотела запечатлеть твой образ в своем сердце. Ты мне лучше скажи, какие у нас сегодня планы на день?

– Отпуск хорош тем, что можно не строить никаких планов, – засмеялся Никита. – Когда ты перестанешь облизываться на сметану, то мы с тобой пойдем на пляж.