В Коктебеле никто не торопится

Пройдя в прихожую, Прыгун открыл дверь и впустил в дом Жмыха. Инсценировать самоубийство оказалось нетрудно. Жмых просто применил какой-то приемчик, которому его обучили на зоне, и Артем ненадолго потерял сознание. Вдвоем с Прыгуном они повесили друга детства на люстре, инсценировав самоубийство.

Им просто не повезло, что Лариса, проснувшаяся то ли от приглушенных звуков, то ли просто от предчувствия беды, спустилась вниз и нашла Артема в петле. Он был еще жив, когда приехала «Скорая», и успел произнести имя Прыгуна до того, как умер.

Рассказывающий историю Никита сделал паузу и отпил воды из бутылки. В горле у него внезапно пересохло, и не от длинного рассказа, а от того, что он вдруг представил, как страшно было Артему умирать, как он до последнего сопротивлялся, не желая оставлять Ларису одну, и как чудовищно несправедливо то, что из их схватки Прыгун вышел победителем. Полина зачарованно смотрела, как он пьет, как двигается кадык на крепкой мужской шее. Она вообще теперь практически все время на него смотрела.

– А откуда ты все это узнал? – спросила она.

– Задал нужные вопросы нужным людям, – коротко ответил он. – Пони, лучший способ что-то узнать – это спросить.

В затененной гостиной Ларисиного дома, той самой гостиной, где убили Артема, было многолюдно. Рассказ Никиты, кроме Полины, затаив дыхание, слушали и Оля, и Мария Сергеевна, и Андрей, то и дело поглядывающий на часы, чтобы не опоздать в аэропорт, и Анна и Борис Тумановы, и сама Лариса, и ее подруга, не отходящая от нее ни на шаг, и Николай.

Убийство было раскрыто, и Полине было как-то неуютно от мысли, что она вольно или невольно помогла в его расследовании. О том же, что от рук преступника чудом не пострадала Оля, она вообще старалась не думать. Сестренка выглядела подавленной, а глаза у нее постоянно были заплаканными. Костик, которого она так неосмотрительно полюбила, оказался злым, плохим человеком, лишившим жизни Артема Круглова. От этой мысли сердечко Оли сжималось.

– Постой. – Полина вдруг обеими руками взяла себя за чересчур румяные от волнения щеки. – Убийство Артема произошло той ночью, когда мы с Костиком пили пиво в кафе на набережной. Я хорошо помню, что ты на следующий день на пляже рассказывал о том, что в Коктебеле убили мэра. Но тогда это не мог быть Костик, потому что он притащил меня домой только под утро.

– Я же сказал, что он обеспечил себе алиби, – с нежностью сказал Никита. – И этим алиби как раз была ты.

– Как? – Полина ошарашенно смотрела на него.

– Да очень просто. Ты отчетливо помнишь все, что вы делали?

– Нет. – Полина засмущалась оттого, что в присутствии чужих людей должна признаваться в том, что выпила лишнего. – Я пьяная была. Утром чуть не умерла от похмелья. Мама мне таблетку давала.