В Коктебеле никто не торопится

С занятой ею точки обзора ей было их хорошо видно, и, несмотря на то что на нее была возложена особая миссия – внимательно следить за всем, что происходит вокруг, особенно за людьми, пришедшими проститься с Артемом, она то и дело отвлекалась именно на пожилую пару, имеющую отношение к Никите.

Именно он и выбрал место, откуда она должна была наблюдать за происходящим. Ей действительно было хорошо видно и дорожку, по которой люди подходили к гробу, и площадку, на которой они потом вставали, разбиваясь по группам и ведя неспешные беседы. Единственное, что Никита не предусмотрел, это то, что народу будет так много. Спустя пятнадцать минут после начала прощания у Полины уже рябило в глазах от мелькающих лиц. Одетые в черное люди напоминали воронье на свежевспаханном поле.

Было чувство, что еще чуть-чуть и кто-нибудь из присутствующих захлопает крыльями и улетит. Но время шло, народ все прибывал, и наблюдать за тем, кто что делает и с кем разговаривает, было довольно затруднительно.

Краем глаза Полина заметила, как к Ларисе подошел высокий, спортивного вида человек. Склонился в почтительном поклоне, поцеловал ладонь, погладил по плечу. Вдова что-то коротко сказала Никите, тот пожал подошедшему мужчине руку, и они перекинулись парой слов. Каким-то седьмым чувством Полина поняла, что это и есть тот самый бизнесмен, который пригласил Артема в Коктебель. Видимо, мужчины договорились о встрече, потому что незнакомец кивнул и спустя мгновение уже смешался с толпой.

Подошли попрощаться Анна и Борис Тумановы. В этой паре было столько элегантности и одновременно высокомерия, что Полина даже залюбовалась ими на мгновение. Деньги, очень большие деньги не кричали о себе аляповатостью наряда или размерами знаменитых лейблов, но все равно выдавали себя качеством ткани, матовым блеском темных очков, сиянием зубных коронок, сделанных у отличного мастера. Это не была вызывающая роскошь, нет. Это была стильная добротность, непререкаемая уверенность в себе и то манящее ощущение вседозволенности, которое всегда сопровождало большие деньги.

Сама того не осознавая, Полина все ждала, что в толпе мелькнет знакомый прекрасный облик Ларисы номер два, той самой, которую она опрометчиво назвала художницей. Но ни ее, ни качков-охранников, ни тем более татуированного «шефа» здесь не было.

Церковь, в которой проходило прощание, была новая, с яркими золотыми куполами. В один из вечеров Полина, изучая окрестности, наткнулась на нее и была немало удивлена масштабу ведущихся там работ.

– Строят-строят, все не построят, – досадливо махнула рукой продавщица в магазинчике напротив, куда Полина забрела, чтобы купить свежих бубликов, в ответ на ее восторженное замечание."

"Началась поминальная служба.