В клетке со зверем

- Пожалуйста, не делай мне больно, - продолжила она говорить с ним, надеясь задобрить с помощью своего голоса. - Пожалуйста, Оскар...

Когтями он освободил ее от лоскутков ткани, открывая себе вид на ее промежность. Анна почувствовала невероятный стыд. Щеки раскраснелись, и она отвела взгляд, принимая свою судьбу. Шершавый язык прошелся по лобку, после чего по коже девушки побежали мурашки. Она удивилась тому, что не ощущает отвращения. В некоторой степени это было даже приятно. Если бы не страх, который сковал ее душу в своих крепких цепях.

- Прошу тебя, Оскар. У меня еще не было мужчины.

Эти слова еще больше понравились оборотню, так как он откинул голову назад и четко прорычал:

- Моя!!!

Анна вздрогнула от того, насколько властно прозвучал его голос, а когда его влажный нос уткнулся ей прямо в пах, прямо в складочки ее половых губ, она с шумом втянула в легкие воздух. На мгновение он замер, дыша ее плотью. Она ощутила себя его кислородом, настолько сильно он вдыхал ее аромат. Девушка невольно почувствовала слабые спазмы возбуждения. Вдруг между ног стало влажно. Тело отреагировало на его близость, поражая этим фактом саму Анну.

За секунду все изменилось. Его длинный язык с нечеловеческим рвением принялся вылизывать ее соки, упиваясь ею, как божественным нектаром. Спина Анны прогнулась от ощущений, взорвавшихся внутри нее. Они поразили девушку до глубины души. Впервые в жизни вожделение загорелось в ее крови, обжигая своим огнем. Внизу живота сжалась тугая спираль, с ноющей болью требуя освобождения. Глаза затуманились от страсти, а рот жадно хватал воздух. Если секс с оборотнем был настолько невероятно мощным, то Анна понимала, почему Сара стремилась вернуться к своему мужчине."

"Тем временем Оскар пировал. Вкус его пары на языке дарил невероятное блаженство. Где-то на периферии сознания мужчина понимал, что слишком форсирует события, что ему необходимо замедлиться и, прежде чем касаться ее, нужно забрать с этого места, обезопасить. Но против судьбы он мог пойти. Видимо, эта злодейка решила, что он и так слишком долго оттягивал их соединение, тихо наблюдая за парой из-за решеток камеры. Теперь же никакая сила в мире не сможет оторвать его от этой женщины, пока он не сделает ее своей.

Его язык с упоением врывался в тугой канал Анны, каждый раз задевая ее разбухший клитор. Девушка громко вскрикивала от его действия, сильнее прижимая свой таз к его рту. Она тоже была заключена в рамки сложившихся обстоятельств. Природа требовала отдаться ее воле, и никто из них не мог ей сопротивляться.

И только биение крови в бедренной вене девушки отвлекало Оскара от лакомства. Его клыки удлинились, призывая вонзить их в нужное место и навсегда изменить жизнь Анны.