Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2

– А так как уже ночь и больше клиентов не предвидится, мы попросим подать чесночную приправу, – добавила Делла.

– И бутылку красного вина, чтобы прополоскать горло, – улыбнулся Мейсон.

– Что же нас задерживает? – спросила она.

– Ничего, кроме опасения, что сержант Холкомб арестует нас за превышение скорости, – ответил он со смехом.

Минуту они ехали молча.

– Когда ты скажешь Бартслеру, что мальчик не его внук? – спросила Делла.

– Не будь глупой. Вообще не скажу.

– Почему бы и нет, – перебил Мейсон. – Мальчишка – сирота. Его мать убита, отца никто не знает. Юридически – он сын погибшего Роберта Бартслера, у него есть свидетельство, дающее ему право носить имя Роберта Бартслера-младшего. Язон из-за него помирится с Элен, наверное, запишет на мальчика все состояние…

– Но разве Язон не догадается? Разве он не заметит, что нет между ними никакого семейного сходства?

– Ты даже не представляешь, дорогая, насколько люди склонны интерпретировать факты так, как им хочется. Прежде чем приехала «Скорая помощь» и ему сделали обезболивающий укол, у Язона было время подружиться с малышом. Лицо у него сияло, и он так расплывался над мальчиком, что не чувствовал даже боли в простреленном колене. Ты бы не поверила, каким наивным может оказаться в определенных обстоятельствах даже такой ярый скептик, как Бартслер.

– Он отыскал в малыше всевозможные семейные черты. Он утверждал, что у мальчика лоб Элен, губы Роберта, а глаза он прямо-таки унаследовал от собственной матери Бартслера.

– Это говорил Бартслер? Этот скептик, так ценящий трезвость ума? – поразилась Делла.

– Видишь, – сказал Мейсон. – Вот тебе самое лучшее доказательство того, каким легкомысленным может быть человек, который принимает позу ярого скептика, когда в игру входит что-то, во что он страстно хочет верить. Сколько людей может посмотреть в зеркало и увидеть самих себя такими, какими они на самом деле являются? Большинство видит свое собственное воображение с того времени, когда они были лет на десять или на двадцать моложе.

– Ты имеешь в виду женщин, – со смехом сказала Делла.

– Совсем наоборот – мужчин. Женщины более честны по отношению к самим себе, более критичны в оценке. Они не обманываются так, как мужчины. Они более романтичны и одновременно более реалистичны.

Мейсон свернул в боковую улочку.

– Ты помнишь этот ресторан? – спросил он с оживлением. – Здесь подают замечательные хрустящие гренки с топленым сыром и приправой.

– Ну конечно! – воскликнула Делла. – И у них есть великолепное вино! Мы давно сюда не заглядывали, шеф.

– Когда-то я часто бывал здесь с Полом Дрейком. Интересно, успел ли Пол закончить обед? Мы забыли его об этом спросить.

Они вошли в ресторан. Метрдотель узнал их и провел к уютному столику.