Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2

– Посмотри, шеф, разве не приятный мальчик?

Мейсон рассеянно кивнул головой.

– Готовы в путь? – спросил он.

– Да. Я закутала его с ног до головы.

– Мы не можем терять ни минуты и не можем отсюда выбраться, – сообщил Мейсон. – Миссис Кэннард украла мою машину, наверное, поехала за помощью. Полиция не хочет и пальцем пошевельнуть. Такси могут прислать не раньше чем через полчаса. Все им постоянно врут, что у них неотложные случаи, поэтому на них уже ничто не производит впечатления… Но если мы ничего не можем сделать легально, испробуем другой способ.

Он еще раз набрал «0» и сказал телефонистке:

– Прошу меня тотчас же соединить с полицией. – Мейсон подождал ответа и сказал, изменив голос: – Алло, полиция? Говорит Язон Бартслер. Я живу на Пацифик-Хайтс-драйв, двадцать восемь шестнадцать. В дом пытается забраться мужчина в маске. Прошу как можно быстрее прислать патрульную машину.

Голос полицейского на другом конце линии был удивительно равнодушным:

– Ваш номер телефона?

– Вестгейт девяносто шесть сорок три, – рявкнул Мейсон.

– Вы говорите, мужчина в маске?

– Вы его видите через окно?

– Да. Поторопитесь, а то он убежит.

– Говорит мистер Язон Бартслер?

– И вы звоните со своего телефона?

– Да. Поторопитесь, ради бога! Что все это значит?

Мейсон бросил трубку на аппарат и от души выругался.

– Что случилось? – спросила Делла.

– Этот кретин Холкомб! – взорвался Мейсон. – Он умирает от страха, что я выставлю его посмешищем. Придумал себе, что я хочу подсунуть ему взятую с потолка теорию. И это при таких обстоятельствах, когда убийство может случиться с минуты на минуту!

– Придется ждать Пола. Он должен быть в пути, если успел утолить первый голод. Будем надеяться, что ему только что не подали бифштекса. Погасим свет, Делла.

– В этой комнате. Ты по этой стороне, я по той.

Он погасил верхний свет в тот самый момент, когда Делла выключила торшер.

– Свет горит в других комнатах, – заметила она.

– Ничего. Важна только эта комната.

– Мы представляем слишком хорошую цель, если кто-нибудь захочет стрелять в окно.

– Боже! Ты думаешь, что так плохо?

– Все возможно. Я не знаю, насколько далеко мы зашли, но понемногу начинаю прояснять для себя очертания дела.

– Сядь на минуту. Здесь, около меня на диване. Ну, ну, Робби, тихо. Я подруга твоей мамочки. Хочешь вернуться к мамочке?

Это вызвало фонтан детских слез.

– Я хочу к мамочке, – плакал малыш.

– Может быть, ты мне тоже все прояснишь, шеф? – спросила Делла.

– Разгадка была у меня перед носом, но я ее не видел, – ответил Мейсон.

– Потому что просмотрел один фактор, настолько очевидный, что он выпал из внимания.

– Вспомни тот вечер двадцать четвертого. Когда Диана вернулась со своего неудачного свидания, было приблизительно десять часов.