Катастрофа в подарок

Механик, в подробностях осведомлённый о первой встрече сестры Льва с его новой пассией, усмехнулся, но промолчал, не желая ставить друга в неудобное положение.

— Вечер новых знакомств объявляю открытым, — пробормотал Иванов, делая шаг к лестнице.

И был совершенно прав. Не на шутку разошедшийся пухлячок Купидон пускал стрелы, совершенно не заботясь о социальном статусе, как говорится, раненных им через жопу в сердце…

* * *Таня, приглашённая по рекомендации Илоны обслуживать вечер, разливала шипящее шампанское в расставленные пирамидой, сверкающие прозрачной чистотой фужеры.

Выглядела украинка как всегда сногсшибательно. Густые светлые волосы, собранные в конский хвост, не закрывали красивые черты лица. Высокие скулы — подарок всем славянам от татаро-монгольских кочевников, огромные голубые глаза, прямой нос, доставшийся от кого-то из войска Лжедмитрия, пухлые губы хазаров.

Тело же вовсе было роскошным на фоне худосочных или избыточно жирных фигур сброда от высшего общества. Пышная грудь, длинные ноги, тонкая талия, плавно расширяющаяся в крутые бёдра, обтянутые средней длины юбкой. Всё вкупе могло ввести в заблуждение кого угодно. Красавица-ангел… Это если не знать её сверхнезависимого характера.

Броская внешность официантки не осталась незамеченной Егором Валуевым. Он, походкой готового к броску ягуара продефилировав через зал, остановился напротив красотки «из народа».

— Хорошо выглядишь, — начал говорить красавец и удивился полному игнорированию своей персоны. Не помогла даже игра мускулами, обтянутыми тесным фраком.

Егор кивнул на игристую жидкость, льющуюся из бутылки за сто долларов:

— Если хочешь, можем вместе сбежать куда-нибудь, где наливают покрепче.

Бабенко молчала, мгновенно определив характер самовлюблённого приставалы.

Он обошёл низкий столик и встал позади неё, не желая сдаваться. А через пару минут рассматривания крепких бёдер, положил на них руки.

Таня не стала влеплять пощёчину, не желая организовывать скандал, и вынуждена была прошипеть, не поворачивая голову:

— Мы с вами знакомы?

— Да брось ты ломаться… — шептал ей на ухо вконец обнаглевший сын министра, предварительно убедившийся, что в их сторону никто не смотрит.

— Я была пьяна до состояния невменяемости, и мы переспали? — продолжала шипеть блондинка.

— Нет, уж этого бы ты точно не забыла. Не строй…

— Фух, слава богу! — перебила красавца официантка. — А то аж зубы свело от нахлынувшей мерзости!

Она повернула голову и, столкнувшись с взглядом сощуренных в снисходительной ухмылке зелёно-карих глаз, совершенно спокойно потребовала:

— А теперь убрал руки в карманы и обратился ещё раз с выражением полнейшего уважения. Я нахожусь на работе, а не в месте, где ты привык бывать вечерами.