Не ждите меня в Монте-Карло

Но не чихнула и не вымолвила ни слова.

– Кристина, в чем дело? – удивился Медников. Вероятно, переход от соловьиного пения к гробовому молчанию его озадачил.

– Никаких новостей, – встряхнувшись, ответила Овсянкина на удивление нормальным тоном. И, обращаясь непосредственно к Веронике, добавила: – Приветики! По-моему, ты потолстела. Я тебя сразу даже не узнала.

«Ничего себе комплимент! Очень непосредственная девушка», – подумала Вероника. Она вспомнила, как недавно установила приложение для подсчета калорий, но через некоторое время бестрепетно удалила его. Настоящая жизнь – быстрая, страстная и изменчивая – просто не давала ей возможности им пользоваться. Хотя похудеть она планировала всего на пару килограммов.

– Сейчас такой тренд, – заметила она, изо всех сил стараясь удержать на губах легкую улыбку.

– Ой, все так быстро меняется! Просыпаешься утром и не знаешь – ты еще в тренде или уже нет. Обратите внимание, мой новый парень, – Овсянкина ткнула пальцем в лохматого. – Кличут Петей.

Леонид Филиппович едва заметно поморщился. Сам он разговаривал подчеркнуто правильно и даже порой старомодно, что Веронике даже нравилось.

– Кстати, чтобы было ясно – этот чел ходит в наушниках не просто так, а по делу, – Овсянкина протянула руку и похлопала бойфренда по плечу. – Он не музыку слушает, как можно было бы подумать, а новости со всего света. Петюн – политический обозреватель, специализируется на Ближнем Востоке. Так что прошу его не задирать.

– Петюн? – одними губами переспросила Лидия и картинно приподняла одну бровь. Как никто другой она умела продемонстрировать свое превосходство минимальными выразительными средствами.

Вероника про себя ухмыльнулась. Судя по всему, Лидии даже в голову не приходило, как недалеко ушла она от блогерши, называя собственного сына «Богги».

Когда Овсянкина стукнула лохматого по плечу, тот на секунду встрепенулся и едва заметно поклонился всем сразу и никому конкретно. Веронике он показался милым – лицо детское, под носом маленькие усы, тоже какие-то удивительно лохматые, глаза как у олененка. Короче, очень милый политический обозреватель.

– Мы решили остаться на борту, – провозгласил между тем Леонид Филиппович, переводя взгляд с Вероники на Овсянкину и обратно. – Если Богдан просто опоздал на лайнер, он появится именно сегодня. Согласны? Конечно, мы были бы не против прогуляться по городу… Я был бы не против, – поправился он, покосившись на жену.

Лидия прежде не бывала на Сицилии и просто не могла ненавидеть Сиракузы, но все равно смотрела на город с нескрываемым неодобрением.

– Я тоже никуда не пойду, – сообщила Вероника пасмурным тоном. – Сейчас я уже очень сильно волнуюсь.