В канун Рождества

Когда миссис Масвелл, заглянув в дверь, объявила, что в гостиной подан кофе, Глория твердым шагом повела гостей через холл в гостиную.

Гости расселись в кружок перед камином, Элфрида взяла с подноса чашечку кофе. Шторы не были задернуты, и в окне светилось сапфирово-синее небо. Весь день погода менялась: то припускал дождь, то ярко светило солнце, но пока все сидели за столом, облака рассеялись и в небе над дальним буком зажглась первая звезда. Элфрида с чашкой в руках присела на кушетку у окна и стала смотреть на звезды. Вскоре к ней присоединился Оскар.

— Как вы? — спросил он.

Элфрида повернулась к нему. Он был так занят во время обеда: наливал вино, собирал тарелки, раздавал восхитительный пудинг, что она не перекинулась с ним и двумя словами.

— Отлично. Очень приятный вечер. Ваши нарциссы скоро распустятся.

— Люблю, хотя и не очень опытна в этом деле. Но ваш так и манит в нем прогуляться.

— Хотите посмотреть все поближе? Еще не очень стемнело.

Элфрида оглянулась. Гости удобно расположились у огня, и разговор не умолкал ни на минуту.

— Да, хочу, но не сочтут ли это невежливым?

Оскар взял из ее рук чашку и отнес обратно на поднос.

— Мы с Элфридой хотим прогуляться по саду, — объявил он.

— Сейчас? — удивилась Глория. — Уже темно и холодно.

— Не так уж. Мы на десять минут, не больше.

— Хорошо, только позаботься, чтобы Элфрида не замерзла. В саду так сыро и зябко. А вы, дорогая, не разрешайте ему задерживаться надолго…

Оживленный разговор у камина возобновился. Речь шла о том, как чудовищно подскочили цены в частных колледжах. Элфрида и Оскар вышли в холл. Оскар неслышно прикрыл дверь и взял с кресла кожаное пальто с меховой подстежкой.

— Позаимствуем у Глории, — сказал он и закутал в него Элфриду. Затем отворил наполовину застекленную парадную дверь, и они вышли в холод и прозрачную чистоту весеннего вечера.

В сумеречном свете неясно вырисовывались кусты и бордюры. В конце газона проходила кирпичная стена, посередине ее рассекал арочный пролет с красивой калиткой из кованого железа. Оскар распахнул ее, и перед ними предстал огороженный стеной сад, четко поделенный живой изгородью на четыре участка. Один из них занимали розы, аккуратно обрезанные и удобренные. Когда настанет лето, здесь будет чем полюбоваться.

Элфрида глядела на этот с любовью обихоженный розарий с завистью.

— И все это ваша работа?

— Нет-нет. Я только планирую, но у меня есть помощник.

— Я не сильна в ботанике. Настоящего сада у меня никогда не было.

— Надо мне это запомнить.

Они шли бок о бок по широкой, покрытой гравием дорожке.

— Надеюсь, за обедом мы не очень утомили вас своими разговорами?

— Нет, нисколько. Напротив, мне было очень интересно. Я люблю слушать.

— Сельская жизнь. Сплошные интриги.