В канун Рождества

Она зажгла газ и поставила кастрюлю на тихий огонь, чтобы суп разогревался постепенно.

— Люси рассказала мне.

— Извини, что? — Кэрри повернулась к нему лицом.

— Люси, — он положил с обеих сторон тарелки вилку и нож, — со мной говорила. О Лондоне и вообще о том, что родители в разводе. О своей бабушке. И о том, что ей не очень хочется туда возвращаться.

— А разве ее нельзя было отправить учиться в пансион? Ведь у нее, по крайней мере, было бы другое окружение.

Кэрри удивилась рассудительности этого восемнадцатилетнего юноши.

— Но ведь там только девочки. — Рори уже закончил накрывать на стол. — А где лососина?

— В холодильнике, в посудной.

Кэрри достала темный хлеб из хлебницы и подошла к плите, чтобы помешать суп. Потом она вынула из буфета большое овальное блюдо. Рори принес лососину, вскрыл вакуумную упаковку и начал аккуратно выкладывать тонкие розовые ломтики на блюдо. Тем временем Кэрри приготовила пару лимонов и стала нарезать их полупрозрачными кружками, незаметно разглядывая Рори, его юное, но твердо очерченное лицо. Юноша на пороге возмужания. Рукава его темно-синей хлопчатобумажной рубашки были закатаны вверх, обнажая ловкие, сильные, загорелые руки. Кэрри прекрасно понимала, почему он так нравится Люси, но молилась, чтобы племянница не влюбилась, потому что они оба были еще слишком молоды для настоящей любви. Влюбленность четырнадцатилетней девочки почти всегда кончается разбитым сердцем.

— Рори, спасибо тебе, ты так добр к Люси.

— Мне ее жалко. Она кажется такой одинокой.

Кэрри не удержалась, чтобы не поддразнить его.

— Поэтому ты покупаешь ей сережки?

Рори посмотрел на нее и усмехнулся.

— Это просто намек ее мамочке. Люси сама захотела проколоть уши. Ну и что такого? Она же взрослеет. — И он отступил назад, чтобы окинуть взглядом блюдо с аппетитно разложенной лососиной. — Так годится?

— Отлично. Остальное мы прибережем к рождественскому ужину.

— Интересно, как там Люси.

— Надо пойти посмотреть. Идем вместе? Ты уже достаточно потрудился.

— Нет, я останусь, как и положено шеф-повару. Люблю готовить. Знаете, мама научила меня даже замешивать имбирное тесто для сухариков к пиву. Вы идите, а я пока намажу хлеб маслом. И еще остались маленькие пиццы, я поставлю их в духовку. Хотите, я откупорю бутылку вина?

— Давай. — Кэрри сняла передник и повесила его на крючок.

Оставив Рори в одиночестве, она вышла из кухни и поднялась наверх. На лестничной площадке было пусто. Телефонная трубка лежала на рычаге, а Люси нигде не было видно. Кэрри замерла на мгновенье, ощутив смутное беспокойство. Тут снова зазвонил телефон.

— Алло? — Кэрри подняла трубку.

— Это Усадьба? Мне нужно поговорить с Кэрри.

Ошибки быть не могло. Сердце у Кэрри упало.

— Да, я слушаю. Здравствуй, мама.