В трущобах Индии

Спасение майора само по себе уже представляло слишком затруднительное дело, чтобы осложнять его еще другими затруднениями; прощаясь с молодыми людьми, которых он оставил на расстоянии двух недель пути от Гоурдвара, он поклялся им, что привезет их отца здоровым и невредимым. Нариндра, который играл самую важную роль в этом похищении, просил Сердара дать ему на помощь двух махратов, его родственников, которые вернулись тогда с караваном.

Сердар употребил целый месяц на путешествие из Гоа в Гоурдвар-Сикри. Вы поймете, что он не особенно приятно провел время в дороге, когда узнаете, что расстояние между двумя городами составляет восемьсот миль и что все оно покрыто обширными лесами и бесконечными джунглями. Во время этого продолжительного путешествия к нему постепенно доходили весьма серьезные известия, которые подтвердились по прибытии его в лагерь. Молниеносный поход Гавелока через Бенгалию, снятие осады Шиншары д'Айрака, Бенареса, Ауда и всех промежуточных постов; победа над армией Наны во всех стычках с нею, неизбежное снятие осады Лукнова — все это окончательно разбило его иллюзии и нанесло сильный удар его сердцу. Сомневаться нечего больше: восстание было подавлено, это было вопросом времени, и надо было ожидать, что и Дели сдастся через два месяца. С этим городом падал последний оплот независимости индусов, и английский леопард снова сжимал своими хищными когтями землю лотоса.

Итак, напрасны были десять лет неимоверных усилий, тяжелых и полных приключений и переходов, заговоров, борьбы и сражений, чтобы водрузить знамя Франции в этой чудной стране, где оно когда-то развевалось с таким почетом! И все это по вине Нана-Сагиба и его генералов, которые вместо того, чтобы на другой же день восстания идти на Калькутту, где одного присутствия их достаточно было, чтобы отнять у англичан последнее, державшееся еще за ними место, тратили напрасно время в празднествах и разных манифестациях при дворе в Дели.

Разочарованный всеми неудачами, не надеясь больше ни на что, Сердар спешил спасти майора, чтобы затем вернуться вместе с преданными ему людьми и Ауджали в непроходимые леса Малабарского берега и вести там свободную и независимую жизнь, которую он так любил.

В лагере его встретили со всем подобающим его заслугам уважением, но он испугался, увидя возбуждение, в котором находились все индусы. Вместо того чтобы чувствовать себя угнетенными и быть по возможности осторожнее ввиду известий, которые они получили относительно похода Гавелока и его успехов, сипаи еще больше жаждали мести. Мысль о том, что Англия потопит все восстание в крови и заставит их дорого заплатить за жестокое обращение, которое они собирались устроить своим пленниками, не останавливала ни на одну минуту их проектов мести.