Стрекоза в янтаре

— Ты не можешь просить меня об этом! Ты ведь знаешь, что… что…

Он задохнулся от ярости.

Каждый раз, проходя мимо стены, он ударял по ней кулаком. Стена бесстрастно принимала удары.

Тяжело дыша, он повернулся ко мне лицом, я замерла, боясь шелохнуться или заговорить. Он быстро кивнул раз или два, словно что-то для себя решив, достал из ножен кинжал и потряс им перед моим носом. Сделав над собой усилие, заговорил спокойно:

— Ты должна выбрать, Клэр. Он или я.

Пламя свечей плясало на стальном клинке.

— Я не могу жить, пока он жив. Если ты не хочешь, чтобы я убил его, тогда убей меня сама, сейчас!

Он схватил мою руку и сунул в нее рукоятку кинжала. Разорвав воротник, оголил шею и, сжав мою руку с кинжалом, поднес ее к своему горлу.

Я резко отпрянула назад, но он силой поднес острие кинжала к мягкой ямочке под ключицей, чуть выше следа, оставленного несколько лет назад ножом Рэндолла.

— Джейми, остановись! Сейчас же остановись!

Свободной рукой я схватила его за кисть и сжала изо всех сил, стараясь высвободиться. Кинжал со стуком упал на пол и, отскочив, очутился на уголке абиссинского ковра. Замечая малейшие детали, как это случается в самые ужасные моменты жизни, я увидела, что лезвие легло как раз на ветку крупного зеленого винограда, вытканного на ковре. Как будто для того, чтобы снять плоды и бросить их к нашим ногам.

Он неподвижно стоял передо мной, с бледным лицом и горящими глазами. Я схватила его за руку:

— Пожалуйста, поверь мне! Прошу тебя! Я никогда не сделала бы этого, если бы был хоть какой-нибудь другой выход.

Я глубоко вздохнула, чтобы успокоить кровь, пульсирующую в висках.

— Ты обязан мне жизнью, Джейми. Даже дважды. Я спасла тебя от казни в Уэнтуорте и от лихорадки в аббатстве. Ты обязан мне жизнью, Джейми!

Он долго смотрел на меня, прежде чем ответить. Когда он заговорил, в его голосе слышалась горечь:

— Я так понимаю, теперь ты требуешь вернуть долг?

Глаза сверкали ярким синеватым отблеском, какой бывает в самом сердце пламени.

— Я вынуждена! Я не могу заставить тебя увидеть истину другим способом!

— Истину. Ах, истину. Я не могу сказать, что вижу какую-то истину.

Он опустил голову, заложил руки за спину и медленно стал удаляться по бесконечному коридору, стены которого были разрисованы танцующими тенями. Джейми не спеша двигался между ними, как в галерее.

Коридор, застеленный ковром, тянулся во всю длину второго этажа. В обоих его концах располагались огромные витражи. Джейми доходил до самого конца и, повернувшись, как солдат на параде, медленно шел обратно. Туда-обратно, туда-обратно, снова и снова.

Ноги у меня дрожали, и я опустилась в кресло, стоявшее у лестницы. Один из слуг хотел подойти, видимо намереваясь спросить, не желает ли мадам вина или печенья.