Стрекоза в янтаре

Дугал Маккензи появился в нашем доме, будто вызванный моими мыслями. Если только не самим чертом.

— Бога ради, что вы здесь делаете?

Я стала потихоньку приходить в себя от испуга, но сердце еще билось неровно. Я ничего не ела с утра и ощутила неожиданный приступ тошноты. Он подошел, взял меня за руку и потянул к креслу.

— Сядьте, дорогая, — сказал он, — вам будет лучше.

— Вы очень наблюдательны, — ответила я.

Черные точки плясали у меня перед глазами. Я извинилась перед ним и уткнулась лицом к себе в колени.

Джейми… Фрэнк… Рэндолл… Дугал. Лица проходили чередой перед глазами, имена звенели в ушах. Ладони вспотели, и я прижала их к плечам, стараясь остановить дрожь. Джейми не пойдет к Рэндоллу немедленно — вот что важно. Еще есть время подумать, принять какие-то меры. Но какие? Оставив этот вопрос в подсознании, я заставила себя успокоить дыхание и сосредоточить внимание на другом.

— Я повторяю свой вопрос, — сказала я, поднимаясь и откидывая назад волосы. — Что вы здесь делаете?

Его черные брови поднялись.

— А что, нужна особая причина, чтобы повидаться с родственником?

Во рту у меня еще оставался желчный привкус, но с дрожью в руках справиться удалось.

— При сложившихся обстоятельствах — да.

Не обращая никакого внимания на развязанные тесемки, я подошла к подносу с бренди. Опережая меня, Дугал схватил стакан и налил мне не больше чайной ложки. Затем внимательно посмотрел мне в лицо и удвоил дозу.

— Спасибо, — сухо поблагодарила я, принимая стакан.

— Обстоятельства, значит? И какие же это обстоятельства?

Не дожидаясь ответа или разрешения, он спокойно наполнил другой стакан для себя и поднял его.

— За его величество! Короля!

Мои губы растянулись в улыбке.

— За короля Якова, полагаю? — Я сделала маленький глоток и почувствовала, как горячая ароматная волна поднялась до самой макушки. — Вы в Париже. Значит ли это, что вам удалось переубедить Колума?

Хотя Дугал Маккензи был якобитом, во главе клана Маккензи стоял его брат Колум. Ноги Колума были изуродованы болезнью, и он не мог вести свой клан в бой, поэтому военачальником был Дугал. Он руководил сражением, но быть ли битве, решал Колум.

Дугал оставил без внимания мой вопрос и, осушив стакан, налил новую порцию. Он смаковал первый глоток, перекатывая его во рту, а проглотив, слизнул языком с губ оставшиеся капельки.

— Неплохо, — сказал он, — нужно взять с собой для Колума. Ему необходимо что-нибудь покрепче вина, чтобы спать по ночам.

Это был косвенный ответ на мой вопрос. Значит, состояние Колума ухудшается. Измученный болезнью, он постоянно испытывал сильную боль и вынужден был пить крепленое вино по вечерам, чтобы уснуть. Теперь он перейдет на бренди.