И в аду есть герои

Где не было пленных, ибо философия войны на взаимное уничтожение исключала само это понятие.

Черные башни Кадаф вновь вырисовались на фоне ослепительной зарницы. Погонщик рабов привстал на стременах, отчего его мощный хвост резко вытянулся вверх, с ненавистью посмотрел на своих подопечных и щелкнул бичом.

– Шевелитесь, презренные!

Толпа разноплеменных простолюдинок, окруженная и подгоняемая Тощими Всадниками, продолжила свой путь к берегу священного озера, где их ждал Носящий Желтую Маску. Среди них были и пленницы, свезенные во владения Великого Господина со всех концов Земли, и вольные крестьянки, которых отступающие гиперборейцы согнали с родных мест, и даже знатные гиперборейки, братья которых бились сейчас с армиями союзников, – погонщику рабов приказали собрать всех женщин, которых он сумеет найти. Всех женщин. Как можно больше женщин. Ктулху не знал, что именно собирается сделать ближайший ученик Азаг-Тота с этими рабынями: ключник замка Кадаф, как и сам Великий Господин, нечасто раскрывал свои планы, но Погонщик понимал, что если Носящий Желтую Маску, вместо того чтобы сражаться с врагами, лично занимается этим делом, то предстоящий обряд очень важен для Азаг-Тота.

Бич снова щелкнул.

– Быстрее, подлые твари!

На берегу священного озера, прямо у кромки воды, стояла арка, вырезанная из цельного куска янтаря. Она была хрупка и величественна, ее своды украшали главные символы Кадаф, а контуры слабо дрожали в неясном свете укрепленных вокруг факелов. Но дело было не только в плохом освещении. Приблизившись к арке, Ктулху всей кожей ощутил колоссальное количество энергии, пронизывающей изящное строение. Энергии, которой бы с лихвой хватило на распыление десятка навов, но которую Великий Господин повелел сконцентрировать здесь, на берегу священного озера.

«Что же он задумал? Да защитит нас всех его ненависть! Может, какой-нибудь чудовищный обряд, который разом сметет с лица Земли Великие Дома?»

К арке вела короткая дорожка, выложенная квадратными белыми плитами. Погонщик рабов присутствовал при ее строительстве и видел, как Носящий Желтую Маску лично с величайшей осторожностью, непрерывно бормоча заклинания, выкладывал этот путь. И принес столько жертв, сколько плит было использовано: под каждой из них лежало одно сердце.

Прямо напротив янтарной арки, ровно в семи шагах от берега, вырастал из воды массивный черный трон. В отблесках факелов он казался продолжением сумрачной воды священного озера, но на самом деле был создан из божественного оникса, плоть от плоти черных стен замка. На троне, неподвижно и неестественно выпрямившись, сидела высокая женщина в ослепительно белой одежде. Длинный подол платья плавно струился по ступенькам трона прямо к воде, но не касался ее.