И в аду есть герои

Он понял это в тот момент, когда хрупкий, лет шестнадцати на вид, тинейджер с легкостью вытащил его, девяностокилограммового мужика, на дорогу и нанес удар, надолго отправивший его в нокаут. Он пришел в себя уже здесь, в заброшенном, готовящемся к сносу доме. Он был привязан к бревну, во рту кляп, а под ногами угрожающе росла куча дров. Ощущение приближающейся смерти ввергло его в дикую панику, и он мог только мычать, наблюдая за тем, как подросток готовится разжечь костер.

Водительские права, Яковлев Николай, мобильный телефон, немного наличных в бумажнике, кредитная карточка… Вероника переложила купюры в свой кошелек, телефон в сумочку, а все остальное бросила в костер, который разжигал Петька… да какой, к черту, Петька? Ктулху!"

"Девушка никак не могла прийти в себя после произошедшего. Новые знания, не память, нет, она по-прежнему ощущала себя Вероникой Пономаревой, студенткой, москвичкой, но новые знания, стремительным потоком ворвавшиеся в ее мозг во время ледяного пожара Азаг-Тота, в корне изменили ее мировоззрение. Вероника проснулась. Ее второе «я», проявлявшееся до сих пор лишь внутренним голосом, раскрылось, обнажив перед нею истинную суть ее личности. Гиперборейская ведьма! Одна из трех наложниц Азаг-Тота! Избранная носительница его учения и его знаний!

«Невероятно…» Нет, такая мысль не посещала девушку. Как может быть невероятным то, что столь естественно: магические заклинания, сами собой приходящие на ум, почтительные взгляды погонщика рабов, жертва, истекающая страхом и болью…

Левый висок пронзил болезненный укол. Вероника поморщилась и машинально поднесла к голове руку.

– Болит? – тихо спросил Ктулху.

– Болит, – подтвердила девушка.

Ноющая боль стала накатываться на нее сразу после преображения. После того, как ее глаза навечно поглотила золотая ненависть Великого Господина. Сначала Вероника решила, что ей нужен укол, но погонщик рабов объяснил головные боли другим:

– Это потому, что ты долго принимала чистый Золотой Корень. А тебе нельзя.

– Ты уже говорил, – огрызнулась девушка. Новая волна боли жгучим кольцом стянула голову гиперборейской ведьмы, вызвав негромкий стон. – Ты не можешь ускорить обряд?

– Малейшая неточность может убить тебя, – пожал плечами Погонщик Рабов.

– Когда я открывала Врата, там была масса неточностей.

– Поэтому в них смог проскользнуть только я, – отрезал Ктулху.

«Проклятый урод! – с ненавистью подумала Вероника. – Сам-то доволен! Вмазал две дозы «стима» и даже не поморщился!»

Ктулху раздул огонь, прислушался к потрескивающим доскам, удовлетворенно щелкнул языком и посмотрел на отчаянно извивающегося Николая.