И в аду есть герои

Подросток, Вероника узнала прыщавого Петьку с третьего этажа – ишь, герой выискался! – без сознания лежал на кафельном полу, а дядя Слава, стиснутый могучими ручищами погонщика рабов, с ужасом смотрел, как Ктулху торопливо выцарапывает на стене лестничной площадки символы.

– Знаки установлены, – пробормотал погонщик рабов, – теперь нужна голова и сердце невинно убиенного… – Он задумчиво посмотрела на Клыкова. – Скажи, ты когда-нибудь был воином?

– А-а-а…

– Ты держал в руках меч?

– Он полицейский, – подтвердила Вероника.

– Какой он? – не понял Ктулху.

– Воин он, воин!

Ктулху почесал голову:

– Ладно, не до тонкостей. Даже если наш друг и был воином, умер он как жертва, а значит, причислим его к невинно убиенным.

Коротким, неуловимо быстрым движением погонщик рабов отрезал Клыкову голову и обильно залил кровью нацарапанные знаки.

– Хитрый Марутукку, ненавистью Великого Господина заклинаю тебя…

Вероника осторожно, стараясь не запачкать белые кроссовки, спустилась на один пролет вниз и закурила сигарету.

Стены лестничной клетки шестого этажа быстро покрывались инеем. Ктулху, отбросив обезглавленное тело Клыкова, рывком поставил на ноги подростка.

– Прими мою жертву, хитрый Марутукку, и позволь мне укрыться в теле этого презренного раба.

Сильнейший поток ледяного ветра закружился вокруг Ктулху, разрывая его на мельчайшие черные пылинки. Подхваченные вихрем, они стали быстро влетать в рот и уши подростка.

– Быстрее! – Вероника посмотрела в окно. – Быстрее!!

Пожар, бушующий в квартире Пономаревых, уже добрался до коридора. Во дворе распускались огненные цветы и сверкали молнии «эльфийских стрел».

«Да уж, соседям будет что рассказать полиции», – усмехнулась девушка.

Холодный ветер стих, иней растаял, смешался с кровью и грязными подтеками стекал на кафельный пол.

– Как же неудобно!

Подросток неуверенно оторвался от стены, попробовал сделать шаг вперед, но споткнулся и ухватился за перила.

– Твоя зверюга сдохла. – Вероника бросила сигарету на пол. – Надо уходить.

Сантьяга бежал по лестнице, с легкостью перепрыгивая через три-четыре ступеньки. Он слышал доносящийся снаружи шум битвы, крики раненых, чувствовал мощные всплески магической энергии и шипение боевых арканов. Лучшие маги Великих Домов честно отрабатывали свой хлеб, прилагая все усилия, чтобы уничтожить вынырнувшую из Глубокого Бестиария тварь. Гордые рыцари, прекрасные жрицы, темноволосые навы, все они, позабыв о старых распрях, плечом к плечу бились с Закатной Саранчой, отчаянно защищая Тайный Город, свой общий дом. В другое время Сантьяга с удовольствием бы принял участие в этом увлекательном мероприятии, но не сейчас.