В горах пощады нет

Я сам по себе работал. Связь через Интернет… Думаю, еще пару месяцев помурыжат и сами сдадутся… А что сделаешь? – Бесо звучно зевнул, показывая, как безразличны ему потуги спецслужб.

– Я бы ушел… Просто куда-нибудь…

– Я бы тоже ушел. И не куда-нибудь, а домой, но случая пока не подвернулось…

– Ну, это ты не говори… Вертухаи у нас, как и везде, впрочем, умом не славятся. Меня сколько возили на допросы, каждый раз подворачивается… За четыре дня по необходимости шесть раз уйти смог бы.

Бессарион вздохнул непритворно.

– Тебе просто. Ты спецназовец. Обучен этому… А я другому обучен. Я – аналитик. Я только головой и умею работать.

– Тоже дело хорошее, – согласился Тамаров. – Так и бил бы их головой… И потом – вперед и с песнями…

– Голову жалко. Ударю кого-нибудь, сам упаду… – пожаловался Бесо. – Это проверено. У меня голова на удары всегда слабая была. В детстве из-за этого бросил боксом заниматься. В легкую атлетику ушел…

– Тем более – бегать умеешь… – подсказал Артем Василич и отвернулся к стене лицом. – Вздремну я, пожалуй… А то с этим потопом вторую ночь выспаться не дают…

* * *На допрос увезли сначала Бесо Мерабидзе. И только через сорок минут пришли за подполковником Тамаровым. А когда Артем Василич вернулся, Бесо еще не было, как не было и Кари с Михалым, и только через полчаса в коридоре послышались гулкие шаги, и в замке повернулся ключ. Тамаров поднял голову, чтобы посмотреть.

Бесо выглядел измученным и злым.

– Вставать следует, когда я вхожу… – с угрозой сказал Тамарову вертухай."

"Но дожидаться ответа словом или действием не стал и благоразумно дверь за собой прикрыл. Это все-таки не «зона», а только следственный изолятор, и неизвестно еще, осудят или оправдают арестованного. А среди арестованных разные люди бывают. Встречаются и такие, от которых легко впоследствии неприятностей дождаться. Замок лязгнул, поворачиваемый на три оборота ключа.

Дождавшись, когда шаги стихнут в конце коридора, Тамаров сел.

– Наши нижние друзья сегодня где-то застряли… Да и тебя промурыжили основательно…

– Было дело, – вяло согласился Бесо и присел на краешек табуретки, словно бы остановился, чтобы дыхание перевести.

– А меня быстро отпустили. Только вчерашние протоколы подписать заставили. Там уж я их мурыжил. Читал – и к каждому слову придирался. Они же в протоколах как писать стараются… Чтобы можно было потом и так и так повернуть… А я настаивал, чтобы все однозначно было. Конкретный вопрос и конкретный ответ. Вообще, я предпочитаю отвечать односложно. И кое-что о презумпции невиновности слышал. Потому сам ничего не рассказываю. Говорите, спрашивайте, я отвечу «да» или «нет». На большее можете не рассчитывать…

Слова российского подполковника внешне были просты.