В глухих лесах

Скажи мне, где твой брат! Ты ведь знаешь, где он!

— Но почему мой брат? А как же Фрэнк? Ведь ты же нашел доказательства…"

"— Кэрол, этот журнал — фальшивка! Я говорил с Фрэнком Мэтсоном, видел его месячные отчеты о проделанной работе, кредитки на получение бензина. Это твой брат, Кэрол! Он подделывал записи, чтобы свалить вину на Мэтсона!

— Кровь в багажнике у Фрэнка — это тоже мой брат? А трости? Ты знаешь, что Томми проверяли на детекторе лжи, и психиатр говорит, что он не убийца?

— Все вполне объяснимо, Кэрол. Если ты позволишь, я отвечу на каждый твой вопрос.

— Нет, не хочу!

Он пристально посмотрел на нее.

— Кэрол, прошлой ночью…

— Ты, ничтожество, не смей даже заикаться об этом! Ты разжалобил меня своими липовыми фотографиями, ты играл на моих чувствах! Я не знаю, зачем тебе это понадобилось, но в любом случае ты — свинья! Не хочу тебя больше видеть! Уходи!

Он тяжело вздохнул, выпрямился и медленно потянул ручку двери на себя. Кэрол еще долго сидела в прихожей, боясь, что он взломает дверь и ворвется в квартиру.

Осторожно ступая между разбросанными по всему ковру фотографиями, Кэрол взяла телефон и села на софу. «Три часа утра, все давно уже спят, — подумала она. — И тем не менее..», Кэрол полистала записную книжку, нашла нужную страницу и набрала код Вермонта.

Несколько минут никто не подходил к телефону, наконец, сняли трубку, и Кэрол услышала слабое «алло».

— Джилл, ты? Это Кэрол.

— Кэрол, Боже мой, три часа ночи!

— Да, я знаю. Прости, пожалуйста. Я… хотела поговорить с Томми. Просто спросить, как он…

— Но он уже давно уехал. Сказал, что нужно еще успеть встретиться с тобой и уладить все вопросы, связанные с продажей отцовского дома.

— Вы обо всем договорились?

— Кэрол, нам не о чем было…

— Но ведь у вас скоро будет ребенок. И все это…

— Не надо, Кэрол. Я уже решила. У нас больше ничего не получится, потому что я этого не хочу.

Кэрол смотрела на разбросанные по ковру фотографии. Взгляд упал на улыбающееся лицо Джилл, она была в синем купальнике, рядом Томми — оба веселые и счастливые…

— Его оправдают! Может быть, очень скоро. И тогда ты вернешься к нему?

— Кэрол, я поняла, кто он на самом деле, поэтому давай больше не будем об этом. Я все равно не изменю своего решения. Пока. И, пожалуйста, не звони сюда больше. — После которой паузы она добавила: — Никогда! — и положила трубку.

Дул холодный ветер. В открытую дверь балкона он врывался в комнату, тысячами раскаленных песчинок впиваясь в кожу. Кэрол смотрела вниз на мерцающие в темной пазухе города огоньки. В эти предрассветные часы ветер с океана, еще сильнее остыв над Гудзоном, обрушивается колючей волной на город.

Подхваченные сильным порывом ветра рисунки Кэрол затрепыхались, зашелестели и вдруг разлетелись по всей комнате.