В глухих лесах

Когда Кэрол рассказала ему о журнале регистрации выездов, Эрик стал настойчиво допытываться, как этот журнал оказался у Миллера. Ей пришлось сознаться, что они тайком пробрались в «медитроновский» офис.

— Тайком? — Он почесал затылок. — Кэрол, тебе нельзя вмешиваться в это дело! Ты только повредишь своему брату! Теперь мы не сможем воспользоваться этим документом как доказательством!

— В этих записях черным по белому…

— Где они сейчас? — Он, казалось, думал о чем-то своем и совсем не слушал ее.

— Миллер сказал, что отвезет их в полицию Нью-Джерси.

— Хорошо. Я сейчас проверю. Посиди тут пару минут. Я сейчас."

"Кэрол прошлась по комнате, налила себе кофе из большого электрического кофейника и села. Но долго усидеть на месте она не смогла. Какие-то люди врывались в комнату, энергично жестикулируя, другие — решительно и быстро выходили. Нервное напряжение, царившее среди этих людей, охватило и Кэрол. Она нетерпеливо вскочила и вышла в коридор. Она не знала, что ей делать, но что угодно — только не сидеть, сложа руки, когда все бурлит и движется. За стеклянной перегородкой одной из комнат на стене она увидела фотографии пропавших девушек, — отвратительно белая доска, черными клеточками лица девушек — шахматная партия кровавого маньяка!

Вдруг застучало в висках; чашка с горячим кофе медленно, ненужным балластом, выскользнула из рук. Там, в углу, самая последняя клеточка — фотография Марго! Она была в своем любимом черном шелковом платье, на лице — очаровательная улыбка. Кэрол стояла и смотрела, не в силах оторваться, взгляд будто магнитом притягивало к этому месту. Тот вечер, весь, до мельчайших подробностей, встал перед глазами. Они праздновали очередное повышение Ларри по службе. Кэрол и Марго стояли обнявшись; сверкали фотовспышки. Должно быть, Ларри отдал фото полиции. Неужели это он отрезал ту половину, где была Кэрол?

Он ее так ненавидит, что не хочет видеть вместе со своей женой даже на фотографии?

Не в состоянии больше вынести тяжелого зрелища — Марго в одном ряду с убитыми девушками, — Кэрол закрыла лицо руками. Но даже сейчас ей не удалось выбросить из головы пеструю карусель шахматных клеток: они смешались и превратились в одну, огромных размеров фотографию дочери Пола, которую Кэрол видела той ночью в его особняке. «Сьюзан» через «з». Что-то еще вдруг властно вошло в ее сознание, да, лист бумаги, исписанный детскими каракулями, с этой фразой на самой верхней строчке! «Сьюзан» через «з»!

Кэрол широко открытыми глазами смотрела на доску с фотографиями, но видела лишь то, что происходило в ней самой; сложная и таинственная работа подсознания поглотила и унесла Кэрол в другой мир — мир воспоминаний. Сьюзан! Миллер всегда исправлял в этом слове ошибку.