В этот раз хочу злодея (СИ)

 — У меня чуть кровь из ушей не пошла, — заявил он обиженно, отводя руку с артефактом в сторону от меня.

— Да о чем ты? На комнату даже наложено заклинание тишины! — начала я раздражаться.

— Что в очередной раз показывает твое невежество. Еще и святая, — укорив меня, деловито сложил он руки на груди, а после небрежно покрутил артефакт в руке. — Раз ты не знаешь, как эта штука работает, то тебе лучше ее даже не касаться. Особенно с твоим-то слухом! Для подобного предмета, обычная магия — ничто. Твою отвратительную игру слышали, наверное, все. Потому, для душевной безопасности всех моих будущих подданных, я запрещаю тебе даже смотреть на флейту. А учитывая уровень твоего «таланта», это же касается и других музыкальных инструментов. Петь тоже лучше не стоит!

— Ах ты… меломан доморощенный, — злобно прищурилась, оскорбленная до глубины души. Пою я, между прочим, неплохо! — Да что может понимать тот, кто только родился? — топнула я ногой. — Будто сам можешь лучше!

— Деточка, — снисходительно посмотрев на меня, усмехнулся Эйдан с видом столетнего старца, умудренного опытом долгой жизни. — Ты меня с собой не сравнивай. Несмотря на то, что вылупился не так давно, я жил в яйце куда больше, чем все присутствующие в этой комнате вместе взятые. Одновременно с магией матери я получал не только жизненные силы, но также перенимал прожитый опыт и информацию о мире. Вкусив вашу магию, о вас двоих я узнал не меньше, — указал он на нас со Слайвером. — Мне известно все о ваших жизнях. Всех, абсолютно всех жизнях, — выразительно поднял он брови, заставив меня нервно сглотнуть, ибо не понять настолько жирный намек было сложно. Даже подумалось, что молчаливый шкет мне нравился куда больше. Теперь я понимаю матерей, которые ждут от своего чада первые слова, а после молятся, чтобы они замолчали хоть на минуту! — Сейчас я нахожусь в этом позорном и слабом обличие человеческого детеныша лишь по собственной прихоти, чтобы помочь вам двоим играть в семейку! — нравоучительно ткнул он в меня пальцем.

— Вот, значит, как? — прищурилась я, обижено надув губы. Словно я для одной себя тут стараюсь! — В таком случае, как бы ты выглядел, «не играй мы в семью», страдалец ты хвостатый наш?

— Ты непоследовательна, — обвинил он меня. — Если я покажу свою истинную драконью форму, то разрушу это здание или рассекречу себя перед сотней свидетелей. Потому и молчал, чтобы поддерживать образ ребенка, — пробасил «ребенок», который, несмотря на контроль облика, голос держать не умел. — Но, раз уж хочешь, так и быть, продемонстрирую соответствующую форму вашего вида, — важно задрал он нос, а после подёрнулся дымкой, после которой передо мной стоял взрослый парень, с виду лет двадцати. Да и на лицо тот же Слайвер, словно его младший брат.