Дорога в один конец

– Пить хочешь?

– Да еще как!

– Ну-ка, парни, обеспечьте нам водички!

Фляга у меня есть, но, чтобы ее передать, надо самому забраться на мостки. Делать нечего, ложусь и осторожно продвигаюсь вперед. Протягиваю вперед руку, дотрагиваюсь до ноги Абдуллаева:

– Держи.

– Угу.

Он изгибается на мостках и подхватывает у меня из рук фляжку.

Скосив глаза вбок, вдруг вижу совсем недалеко от своего лица матовую черную нить. Она выходит из травы и исчезает где-то в рытвине.

– Дед!

– Чего тебе?

– Тут растяжка!

– Где именно?

– Слева от меня. В рытвину куда-то идет. Не иначе, там граната присобачена.

– А-а-а… Эту я видел. Там справа еще одна «эфка» есть. Сразу две гранаты поставили. На тот случай, ежели какой-нибудь умник ниточку эту перерезать захочет. Но у нас ведь таких умников нет?

Пристыженно замолкаю. Тоже мне, знаток, нашел кому советы давать!

Вот как теперь назад ползти? Я же не вижу ни хрена. Двинешь ногой, а там еще какая-нибудь бяка в траве. Ладно, чего-нибудь придумаем. Буду головой почаще вертеть.

И, только оказавшись на безопасной земле, ощущаю, что тельняшка на мне промокла почти насквозь. Ни хрена ж себе шуточки! Вот так-то вес и сбавляют.

Поднимаю голову и рассматриваю крест.

Дед Бабах уже вытащил из-под спины солдата какую-то фиговину и бережно спрятал ее в сумку. Теперь, присев на корточки, он запустил свои чуткие пальцы куда-то под правую ногу распятого. Именно в этом месте нога притянута к столбу скотчем. Повозившись там некоторое время, бородач качает головой.

– Чтоб тебе, собаке, на том свете никто воды не налил! Слышь, паря, – поворачивается он к Абдуллаеву. – Там у тебя в рюкзаке линейка бронзовая, желтоватая такая, лежит и изоленты моток – сюда давай.

Отчего бронза – понимаю даже и я. Немагнитный материал. Видимо, тот агрегат, что обнаружился под ногою распятого, как-то может реагировать на обычный металл.

Просунув линейку между ногой парня и крестом, сапер обматывает ее концы изолентой и стягивает с другой стороны деревяшки. Еще раз оглядев распятого, вытаскивает перочинный ножик, раскрывает лезвие и срезает скотч. Нога бойца тут же повисает тряпкой.

А дед Бабах, встав на ноги, уже колдует над руками солдата. Впрочем, он еще раньше там ковырялся, чего-то снимал, чего-то подвязывал. Так что сейчас он, скорее всего, просто контролирует свою же работу.

Интересно, а как мы этого парня вытаскивать собираемся? На руках по доскам тащить? Тот еще цирковой номер будет! Одного человека, да еще и лежащего, доски держат без проблем, не прогибаются. А троих?"

"Впрочем, как выясняется, дед продумал и это. По взмаху его руки наш грузовик подъезжает почти вплотную к границе минного поля. А с противоположной стороны подкатывает бронетранспортер. Бойцы быстро крепят к крюкам на БТР прочный капроновый трос.