Дом в Порубежье

Дева согласилась со мной, и мы решили отправиться в сторону огненных жерл, видневшихся неподалеку – вправо от нас, в северной стороне.

И мы пошли туда, однако даже ближайшее из жерл оказалось дальше, чем мы предполагали; нам пришлось идти целый час, прежде чем мы наконец приблизились к нему, так велик был язык огня, лизавший здесь края жерла. Когда мы приблизились к огню, я знаком велел Наани соблюдать предельную тишину. А сам снял Дискос с пояса и направился вперед, опустившись на колени и руки и жестом велев Деве следовать моему примеру.

Так мы подобрались к краю низины, в которой плясал огонь, и заглянули вниз. Огромное пламя хорошо освещало окрестности, и я быстро убедился в том, что чудовищ возле пламени нет; сердце мое ощутило некоторое облегчение, однако спокойствия я не испытывал, ибо благоразумие требовало осторожности, потому что тепло всегда собирает вокруг себя все живое.

Словом, я не торопился спускаться вниз, и Дева, подобравшись поближе, прижалась к моему плечу, смотрела вместе со мной; вместе мы внимали звукам ночи, но ни воздух, ни эфир над землей не обнаруживали возмущения."

"Я негромко заговорил с Девой, напомнил, что лучше бы вообще держаться вдали от огней, но она настолько замерзла и продрогла, что попросила меня побыстрей опуститься к жерлу, хотя бы ненадолго, чтобы только изгнать предельный холод из иззябшего тела. Впрочем, и сам я настолько замерз, что испытывал огромное желание спуститься к огню, и дрожь, сотрясавшая тело Девы, сильнее воздействовала на мое сердце, чем наставления разума. Итак, наконец мы спустились вниз, прямо у огню. Возможно, моя нерешительность покажется вам странной, раз мы так долго шли к огненному жерлу; однако мне кажется, что дух мой загодя предупреждал меня о беде. Впрочем, всякому известно, что о предупреждениях разума нетрудно забыть; но я-то помнил, какие опасности могут ожидать нас, однако Наани содрогалась от холода, и по сравнению с губительной стужей все прочие опасности казались мне далекими и нереальными. Теперь же, возле огненного жерла, сердце мое сразу вспомнило все опасности, еще недавно казавшиеся такими несущественными.

Мы приблизились к огню, и я отправился в обход, проверяя, не прячется ли среди камней какая-нибудь вредная тварь. Однако я не обнаружил ничего особенного, если не считать трех змей и двух скорпионов, как я именую их; впрочем, они не заинтересовались мной и не испугались меня, а так и остались в своих норах. Тем не менее, заметив их, я решил не ночевать возле жерла: всякая ползучая тварь стремится к теплу и может незаметно подобраться к нам во сне.