Дом в Порубежье

Весьма хитроумное устройство питал Земной Ток; приложив уйму стараний, Мастер над Монструваканами изготовил его своими руками, по старинному образцу, хранившемуся в Большом Музее.

Я положил компас на землю, но прибор ничем не мог помочь мне, потому что стрелка его постоянно вращалась и дрожала; мне стало понятно, что я еще не отошел от области, на которую распространяется влияние Подземных Полей.

И я с радостью вспомнил о своем друге, подумав, что дорогой начальник Монструваканов вполне мог увидеть, что я испытал компас; ибо жерло в достаточной мере освещало окрестности. Но уверенности нельзя было испытывать; по собственному опыту я знал, что разные области Ночного Края иногда как бы затягивала дымка, в другое же время их было отчетливо видно. Понятно, что неровные и загадочные огни отбрасывали колеблющиеся тени, так что свет и тьма порой менялись своими местами. Кроме того, жерла извергали различное количество дыма; струи меняли величину, вырастали, опадали и жались к земле, мешая смотреть.

Потом я убрал компас в ранец и решил поспать. Однако следует заметить, что потом, оказавшись во многих днях пути от Великой Пирамиды, я обнаружил, что она действительно привлекает к себе северный край стрелки компаса. Открытие это весьма обрадовало меня; и я подумал, что если вернусь, порадую им Мастера над Монструваканами, которого всегда интересовали самые разные вопросы, как и подобает Праведному человеку.

В отношении же компаса скажу, что впоследствии сделал еще открытие, которое следовало бы упомянуть в должном месте, однако я – как всегда – боюсь позабыть.

Уже значительно удалившись от Редута, опасаясь и в самом деле потерять свой Великий Дом посреди Тьмы, я извлек чудесный прибор, чтобы найти утешение в стрелке, показывавшей назад. Тут я открыл в Ночи новую Силу, ибо прибор не показывал более в сторону Великого Редута, но куда-то на Запад, Тогда я понял, что из тьмы его притягивает какая-то далекая и великая сила, и не без детского удивления решил, что столкнулся с той самой Силой Севера, память о которой сохранили книги и мои сны. В этом не могло быть сомнений, однако кто не усомнился бы, что после истекшей вечности древние силы еще властвовали над своим крохотным слугой. Я испытал миг откровения; ведь одно дело знать умом, другое – понимать сердцем.

Тем не менее, в душе моей гнездились сомнения, поскольку я вдруг понял, что подействовать на прибор могла притягательная сила Малого Редута. Словом, конец моего пути мог оказаться близок – если на него влияла сила Малого Редута.

Тем не менее, как я знаю теперь, причиной было притяжение севера. Пожалуй, я уделил слишком много внимания крохотной подробности – но лишь для того, чтобы показать вам настроение моего ума и познания того времени и народа.